Тайны Парижа

– Сколько же тебе надо, чтобы жениться на дочери князя?

– Сто экю, ваша светлость.

Гонтран едва удержался от смеха и решил про себя:

«Княжна, про которую он говорит, должно быть, какая-нибудь деревенская коровница».

И маркиз снова погрузился в мечты и опустил поводья лошади, продолжавшей следовать за бродягой через валежник, среди которого пролегала тропинка, выбранная Нику для сокращения пути. Ночное путешествие в лесу, безмолвная тишь ночи, предвещавшая близкую бурю, – все это придавало еще большую фантастичность рассказу безумца, сопровождавшего маркиза.

Нику замолчал, а Гонтран перестал его расспрашивать и насвистывал сквозь зубы народную песенку. Гонтран мечтал.

Таким образом прошло около двух часов; иногда они выходили из-под деревьев, чтобы пересечь прогалину, где де Ласи мог видеть клочок неба. Небо было сумрачно и темно и предвещало близкий сильный дождь. Гонтран посмотрел на часы.

«Восемь часов, – подумал он. – Вот уже два часа, как мы едем, а трактирщик сказал, что через три часа я буду в Сен-Пьере.

Значит, уже скоро».

Молния рассекла свинцовое небо, и раскат грома прозвучал в лесу. Безумный расхохотался.

– Ах, – сказал он, – княжна хорошо сделала, что переехала реку днем.

– Она переезжала реку? – спросил Гонтран, довольный тем, что идиот снова начинает болтать.

– Сегодня утром, – ответил последний.

– А куда… она поехала?

Безумный пожал плечами, как бы говоря: «Не знаю».

– Она проехала одна?

– Да, на черной лошади и с двумя борзыми собаками.

Гонтрану пришло на память одно из самых красивых произведений Альфреда де Дре и, отказываясь от мысли, что княжна – коровница, он подумал: «Не влюбился ли уж бедняк в какую-нибудь молодую и красивую даму из окрестного замка». Любопытство маркиза было задето, и он начал расспрашивать идиота.

– Конечно, она с тобою разговаривала?

– Да, ваша светлость, и Нику был счастлив на весь день.

– Значит, она была очень нежна и любезна?

– Она дала мне золотую монету и сказала: «Возьми, собирай их поскорее, чтобы жениться на мне».

Затем она стегнула лошадь и, повернувшись, улыбнулась мне.

Безумный прижал обе руки к сердцу и прошептал:

– Там… ее улыбка…

«Бедняга», – подумал Гонтран.

Снова блеснула молния и осветила небо; несколько крупных капель дождя упали на окружавшие Гонтрана деревья.

– Нам далеко еще? – спросил он идиота.