Тайны Парижа

Солдат, который ехал рядом с ним, задремал, а когда проснулся, то капитана уже не было, седло его было пусто, а лошадь шла одна. Что сталось с ним? Быть может, он упал сонный в кустарник, где арабы убили его?

Адъютант взглянул на генерала.

– Ну, посмотрим, что теперь вы мне скажете?

– Если только араб не ошибается в числах, то какой-то французский офицер явился в дуар, где этот араб был начальником. Офицер пришел один и, по-видимому, изнемогал от усталости. Он просил у арабов оказать ему гостеприимство и отдал себя под покровительство их начальника; потом он попросил у него одежду, за которую заплатил, и, переодевшись таким образом, уехал к морю.

– Это невозможно! – вскричал генерал. Адъютант промолчал.

– Пошлите ко мне этого араба, – приказал Рювиньи. Офицер поклонился и хотел уже исполнить приказание, когда новое лицо появилось на пороге палатки.

Это был человек лет тридцати пяти, с окладистой бородой; он был одет в фантастический мундир, какие носят в Африке туристы, сопровождающие армию с научной целью.

– Извините, генерал, – сказал вошедший, здороваясь по-военному.

Де Рювиньи ответил на поклон и знаком попросил войти, с любопытством взглянув на вошедшего. Он раньше никогда не видал его.

– Что вам угодно, сударь? – спросил он.

– Генерал, – сказал незнакомец, – я могу дать вам сведения о капитане Лемблене.

Генерал вздрогнул.

– Еще один! – вскричал он. – Вы явились, значит, опровергнуть клевету, не правда ли? Скажите мне, что он умер, что арабы убили его… скажите мне, наконец, сударь, что капитан не мог дезертировать.

– Генерал, – сказал незнакомец, – позвольте мне переговорить с вами с глазу на глаз.

Де Рювиньи сделал знак. Адъютант вышел и приказал часовому, стоявшему у входа в палатку, никого не впускать в нее.

Незнакомец сел с фамильярностью, которая оскорбила генерала, и на губах его мелькнула улыбка, как у человека, уверенного в важности своего сообщения.

– Генерал, сведения, которые я хочу сообщить, так важны, что я должен просить вас дать мне честное слово.

– В чем? – спросил его генерал.

– Что я выйду отсюда, несмотря ни на что, здрав и невредим.

– Даю вам слово, – сказал генерал, помимо желания нахмурив брови и спрашивая себя, о какой подлости этот человек намерен еще сообщить ему.

– Хорошо, – сказал незнакомец и, приняв удобную позу рассказчика, продолжал. – Капитан не умер, генерал.

– Что вы сказали?

– Капитан дезертировал.