Бал жертв

 – Неужели я вечно буду их невольницей?

Пожилой мужчина, сверкая бриллиантами, перстнями и золотыми цепочками, один из тех поставщиков, которых обогатила оборванная армия республики, пришел торговать последний букет, чтобы предложить его балетной танцовщице, которую он сопровождал.

– Он продан, – отвечала Марион.

– Я заплачу за него вдвое.

– Нет.

– Хочешь десять луидоров?

– Ни десять, ни сто. Что обещано, того назад взять нельзя.

– Если бы я рассуждал, как ты, – сказал поставщик с грубым смехом, – у меня не было бы трех миллионов.

Слеза сверкнула на ресницах Марион, и поставщик отошел без букета. На улице поднялся какой-то шум, послышались удары бичом, крики кучера и лакеев, кричавших, чтоб посторонились, и топот лошадей. В толпе раздался восторженный ропот.

– Вот она! Вот она! – закричали сотни голосов.

Народ столпился около кареты, и лошади были принуждены остановиться. Толпа продолжала кричать:

– Это она! Это она!

– Кто? – спросил один простодушный провинциал.

– Гражданка Тальен, королева красавиц! – отвечал с восторгом один щеголь.

– И прелестнейшая из женщин, – прибавил один юноша, бросившийся к самым колесам кареты, крича «браво!».

Марион растолкала толпу и подошла к дверце.

– Да здравствует гражданка Тальен! – повторяли сотни голосов.

Но, привыкнув, без сомнения, к подобным приветствиям, красавица обвела толпу презрительным взглядом и только слегка кивнула головой. В эту минуту Марион подошла к ней.

– Пожалуйста, купите мой последний букет, – сказала она.

Лишь только цветочница произнесла эти слова, как один из лакеев схватил ее под руки и посадил в карету возле госпожи Тальен. В эту минуту кучер и форейтор ударили бичами, лошади рванулись, толпа расступилась, и карета исчезла, как дым. Оторопевшая Марион смотрела на госпожу Тальен; та улыбалась.

– Итак, это вы Марион? – сказала она.

– Я.

– Вы знаете, куда мы едем?

– Нет. Мне приказали… Я повиновалась, – грустно прибавила Марион.

– Дитя мое, – отвечала любимая султанша гражданина Барраса, – мы едем в Гробуа.

– А! Мне сейчас сказали, что я там смогу дорого продать мои букеты, но у меня букетов больше нет…

– Тем не менее, – заметила госпожа Тальен, нюхая последний букет Марион, – этот вы продадите дороже всех других.

– В самом деле? – равнодушно спросила цветочница.

– Да, дитя мое.