Бал жертв

Я выбрал сотню офицеров, молодых, умных, не отступающих ни перед чем, и сделал их комиссарами в департаментах. Вас я посылаю в Ионну. Поезжайте, наблюдайте, изучайте, собирайте сведения, не торопитесь, но уничтожайте поджигателей». Баррас в тот же вечер велел мне передать секретные и подробные инструкции и уполномочие, по которому при первом моем требовании все военные и гражданские власти департамента будут в моем распоряжении. Теперь, мой милый, ты знаешь все, будь же нем. До сих пор я наблюдаю и собираю сведения.

Граф Анри серьезно выслушал своего друга.

– Что же, – сказал он, – если бы меня приняли за сумасшедшего, я все-таки буду иметь мужество выказать свое мнение. Я не верю в организованные поджоги. Я допускаю отдельные случаи, частное мщение. У крестьян первая месть – поджечь дом своего врага. Но я не верю, чтобы были шайки поджигателей, организованные, с хитрыми главарями. Притом какая была бы у них цель?.. Конечно, грабеж, но что еще…

Виктор Бернье сказал, колеблясь:

– Я не знаю, должен ли я говорить тебе все это.

– Оставим это, – резко сказал граф Анри.

– Политика не чужда пожарам, – продолжал капитан Виктор Бернье. – Кто-то хочет, чтоб Франции надоело нынешнее правление. Поджигатели на жалованье… У кого? До сих пор это тайна.

Граф Анри сделал жест негодования.

– Успокойся, – сказал капитан, смеясь, – я подозреваю не тебя.

Пока они говорили таким образом, свет мелькнул из-за деревьев.

– Это уже ферма, на которую мы идем? – спросил капитан.

– Нет, – отвечал Жакомэ, обернувшись, – это замок бригадного начальника Солероля.

Граф Анри вздрогнул, но не сказал ни слова.

– Как, – сказал капитан, – бригадный начальник живет здесь?

– Вот замок Солэй, который он купил в прошлом году.

– Он, кажется, здешний?

– Да, – презрительно сказал граф Анри, – это сын куланжского нотариуса.

– Он, кажется, женат?

Граф Анри не мог скрыть свое волнение.

– Да, он женат, – отвечал он.

– На ком?

– На мадемуазель де Берто де Солэй. Это революция устроила этот брак, но не без труда, – отвечал Жакомэ.

– Каким же это образом?

– Бригадный начальник немолод, некрасив и, говорят, ужасно груб…

– Я это знаю, – сказал капитан Виктор Бернье, – я служил под его начальством.