Обыкновенная история

 – Постой, я быстро, сейчас уже…

Молодой человек озирается по сторонам и, присмотрев куст сирени, растущий возле какого-то подъезда, отламывает от его ветвей сразу несколько роскошных гроздей – созвездий, после чего….

– Штааа! Стоять…! – майским громом грохочет что-то поблизости, возвращая влюбленного с небес на грешную землю.

Мгновенье спустя из кустов, словно какая-то фурия, выпрыгивает гневная старушенция и преграждает парню дорогу к отступлению.

– Ты чего это удумал тут, подлец, а? – брызжет слюной старуха.

 – Я тебе покажу, как сирень чужую расхищать… Люди добрые, что это делается-то, а?

Застигнутый с поличным парень растеряно ухмыляется и виновато разводит руками. Старуха между тем приближает свои удивленные зрачки к его лицу.

– Так это тыы что ли? Опяяять?

Страшно выпучив глаза, бабка переходит чуть ли не на рев. – Признала я тебя, аспид, как увидала морду твою бесовскую, так сразу же и узнала. Давненько тут, смотрю, ошиваешься. Всю сирень мне успел оболванить.

– Вы меня, видно, путаете с кем-то, бабуся, не имею чести…

– Ну да, спутай тебя – попробуй, ирода проклятого, коли ты вторую неделю, почитай, сирень мою кажный день чекрыжишь.

Что твой козел в огороде. А вот как сейчас милицию позову…

– Ты, бабка, мыла объелась что ль с утра? – парень потеет, улыбка медленно сползает с его лица, уступая место если не испугу, то замешательству. – Я вообще случайно тут оказался, мимоходом. Ну подумай, что я у вас забыл, да притом каждый день еще?

– А-то сам будто бы не знаешь, чего забыл, – хитро скалится бабка, напирая грудью на врага.

 – Ленку с третьего подъезда забыл, вот чего. Сирень уже, почитай, всю обкорнал для лахудры своей. Только растительность, между прочим, не для ваших с ней амуров высажена. Деньги за нее, между прочим, были плочены, и немалые. Триста рубликов, помнится, у метро отдала, с пенсии-то.

– Я, я пойду, пожалуй, – неуверенно говорит резко побледневшая девушка и пятится назад. Глаза у нее становятся испуганными и влажными, голова прячется где-то между съежившимися хрупкими плечиками.

– Погоди! – умоляюще хватает ее за руку парень. – Я с тобой.

Но бабка с ловкостью дикой кошки снова встает у него на пути.

– Значит побоку Ленка теперь? Быстро, гляжу, у молодых энто дело нынче делается.

– Ты чего мелешь, старая, какая к лешему Ленка? – шипит на нее красный, точно пион, супостат.

– А такая Ленка, с животом которая, на нос который ей смотрит уж, забыл нешто?

– Оставь меня.