Обыкновенная история

– Да? А с чего это ты тут вообще, а? – обиженно вставил руки в бока дядя Коля. – Сам сказал же вчерась, что не приедешь.

– Считай, что я тебя обманул.

Устав препираться, я аккуратно отодвинул дядю Колю и вошел в дом. И сразу же застыл, усиленно хлопая ресницами, ввиду открывшейся моему взору эпической картины.

На столе, на лавке, на полу – всюду рядами стояли аккумуляторы, один больше другого, аккумуляторы были от легковушек, от ЗИЛов и КамАЗов. Мне показалось даже, что я узнал один агрегат от «Белоруси», что принадлежал Михалычу из соседней Темьяни.

Стоит ли говорить, что остаток того дня, а также весь день следующий, дяде Коле было невыносимо стыдно, как никогда, стыдно…

Режиссер

В областном драматическом театре на часах пробило девять. Несмотря на раннее время, единственный алтарь храма областной Мельпомены не пустует. По сцене бродят и позевывая бросают в зал реплики не совсем еще проснувшиеся и «отошедшие от вчера» актеры «в штатском», что пытаются из последних остатков сил давать Чеховскую «Чайку».

В первом ряду, елозя, словно под ним не кресло, а муравейник, сидит, судя по всему, сам режиссер – полный нескладный человечек с перекошенным, давно не бритым лицом. В мокрых от возбуждения ладонях у него зажат пластиковый стаканчик с давно остывшим кофе, который ему с полчаса назад на цыпочках принесла ассистент.

Наконец режиссер, не выдержав, вскакивает и обрушивает свое раздражение на актрису, играющую Ирину Николаевну Аркадину.

– Евгений Сергеич, кто из нас с Машей моложавее? – передразнивает он ее. – Ну чего вы так приступили к бедному Евгению Сергеевичу, словно бандит с ножом – кошелек или жизнь? Не напористо, а утомленно надо такие вопросы задавать, нехотя даже. Учтите, Вы хоть и потрёпанная, но все-таки еще красавица, известная актриса, уставшая от внимания светская львица. Уж попробуйте как-нибудь представить себе такое.

Ирина Николаевна Аркадина вспыхивает, отчего ее бледное одутловатое лицо делается в разы симпатичней и свежее, и начинает от печки.

– Станем рядом. Вам двадцать два года, а мне почти вдвое, – обращается Аркадина к исполнительнице роли Маши, потом ищет глазами актёра, играющего доктора Дорна.