Соприкосновение

БЫСТРЕЕ!

– А с кем ты хотела жить?

– Да мне всё равно!

Она не стала со мной спорить и сказала, что тогда я буду жить с ней, после чего вышла за своим чемоданом.

Как же я злилась на себя. Нельзя так поступать с собой.

К счастью, беда оказалась не так велика, как я её чувствовала, и, пока женщины изучали новые покои, я переживала стресс и говорила себе скептическое спасибо, а за одно и местным богам за то, что проблема дождалась утра.

Ольга вернулась в номер и принялась распаковывать вещи. Я последовала её примеру, хотя хотелось просто лечь в постель и поспать в нормальном горизонтальном положении.

– Что решили, что сейчас делаем?

– Можно пока отдохнуть или сходить погулять…

Судорога резко свела живот, и я согнулась пополам, упёршись одним коленом в кровать. Около минуты я не могла пошевелиться. Лицо сменило краску от зелёного до землисто-серого. Спазм длился недолго, и, отдышавшись, я вяло продолжила извлекать вещи из чемодана.

Я вышла на балкон, чтобы посмотреть, куда мы приехали.

Приземистые домики с разноцветными крышами были умело встроены человеческими руками в ниши скал, вытянутые вверх корпуса соседних гостиниц окутывали плотные дымчатые облака. Непривычно.

Принять горячий душ после длинной дороги не удалось. Ольга опять куда-то ушла, и я пыталась настроить воду самостоятельно. Из-под крана текла холодная вода. Я включала и выключала кулер, но на её температуру это никак не влияло. Ну, что ж… Раз решила помыться, значит нужно перетерпеть. Холодный душ тоже душ.

После душа я собралась немного поспать и почти залезла под одеяло, но в номер постучали. Открыв дверь, я нос к носу столкнулась с улыбающейся пожилой женщиной, завернутой в шарф цвета горчицы.

– Алина это Гюляра. Гюляра это Алина, – представил нас друг другу Азат, стоящий с ней рядом.

Я растерянно ответила на её объятия. До самого вечера я считала, что Гюляра хозяйка гостиницы и только потом поняла, что она – недостающая часть нашей группы. Оказалось, что Гюляра знакома с Реной.

Они обе приехали из Баку и не в первый раз путешествовали по Индии вместе с Азатом. Гюляре было семьдесят лет, но она обладала такой заразительной живостью и любопытством к окружающему миру, что я тоже оживилась.

Кафе, в котором нам предстояло питаться ближайшие дни, находилось на крыше гостиницы. Когда я мыла руки в раковине, висевшей напротив входа на крышу, ко мне подошла молодая девушка в жёлто-белом сари и жестами показала, где висит полотенце для рук.