Сопряжение. ЗИЛ. Книга 1

Вслух не успеваю удивиться этому, как младшо?й выкидывает финт ушами. Яр складывает руки в какие-то знаки, и с кончиков его пальцев слетает… магия? Маленькое, словно серп, сияние рассекает хомуты стягивающие мои руки и по коже пробегает холод.

– Ты что, малой, колдун? – пытаюсь подняться, но перетянутые ноги слушаются плохо. Уверен, каждый когда-нибудь отсиживал конечности, будто серый шум телевизора проносятся по коже тысячи покалывающих кожу мурашек.

– А то, что я стою перед тобой, тебя не смущает? – улыбается Ярик, и тут я замечаю неладное.

Его кожа, будто пергаментная бумага, под которой пульсируют зеленые вены. Ногтевые пластины, которым положено быть розовыми, на самом деле почти лиловые, глаза, как и раньше, голубые, но они светятся!

Хотел вслух отметить его изменения, однако меня перебил стрекот автоматов. Поэтому у меня возник вопрос:

– Что вообще происходит? – Идти получается с трудом, поэтому Яр почти тащит меня за шиворот рубища, в которое превратился пиджак.

Он выбрал правильную дорогу для отступления – в другую сторону от места стрельбы.

– У тебя какой интеллект? – интересуется братишка-нежить.

– Девятка, – не стал скрывать я.

К нам наперерез выскакивает еще один автоматчик, Ярик тут же проводит пасс рукой, и бравый боец бросает оружие, будто оно горячее. На самом деле оно было ледяным. В прямом смысле слова ледяным! Черный АК-20 промерз и разбился от удара о землю. Парень хотел было выхватить пистолет из набедренной кобуры, но Ярик отрицательно покачал головой, и тот все понял.

– Мало, – скупо отвечает он. – Ты уже раскидывал скилпоинты?

– Нет, а что это?

– Неважно. Выберешься, отрегенишь ману и вызовешь меня еще раз, тогда и поговорим по поводу прокачки! Сейчас запомни главное: ты не сошел с ума!

Усмехаюсь.

– Знаешь, твое заявление опоздало года так на три!

– Я серьезно! Все, что происходит здесь и сейчас – это реальность! Прорыв магического мира в наш.

– Куда ты меня ведешь? – спрашиваю я, пытаясь вырваться из его холодных пальцев. Ноги уже идут сами, а его вид транспортировки старшего брата заставляет бежать на полусогнутых.

– За моей урной, – отвечает он, не оборачиваясь.

Впереди скорая, а за ней разбитая буханка. Но что-то говорить Ярику нет необходимости, наверняка он чувствует собственный прах.