Что за …

Я услышал только тебя. Но я очнулся совсем недавно, а глаза еще ничего не видят. Возможно, тут и еще кто-то есть, но пока не очнулись. Ты сам давно очнулся?

– Не-а, тока что. Но башню разрывает – жесть, будто меня какой-то бычара снес. Щас сдохну.

– А где боль?

– В башке, я же сказал.

– Я понимаю, а где именно? В какой ее части?

– Чего?

– Хм… если тебя снес бык, то он с какой стороны подошел? Спереди, сбоку, сзади?

– А, ну сзади наверно. Такое чувство, что он мне затылок напрочь снес.

– Понятно, у меня то же самое. Хотя странно, никаких ссадин нет. Когда давлю, в смысле, не болит.

Он услышал, как второй зашевелился, видимо, решив также осмотреть свою голову.

– Ну да. Та же фигня, – через пару секунд ответил второй. – А где мы ваще?

– Не знаю.

Он подтянулся ко второму и сел с ним, как он полагал, плечом к плечу. Так они продолжали сидеть молча какое-то время, ожидая, пока их глаза привыкнут к темноте. Вопреки ожиданиям, несмотря на высокий стресс ситуации (он не понимал ни где он, ни как он здесь оказался, ни, в конце концов, зачем он тут), ему не хотелось говорить.

Через несколько минут Грэг услышал какой-то звук, едва различимый в этой звонкой тишине.

– Слышишь? – спросил он у Дилана.

– Не-а.

– Сейчас.

Глаза Грэга уже немного привыкли к темноте, поэтому он осмелился встать. Пока что он мог разглядеть только общие очертания комнаты.

Он потихоньку пошел вперед, каждым своим шагом ощупывая пол. В конце концов, отсутствие предметов вовсе не означает отсутствие ям в полу, куда он мог провалиться. Так, шаг за шагом, он двигался к противоположной стене, до которой было метров семь-восемь, не больше. Начиная где-то с середины пути, звук стал более отчетливым, что уверило Грэга в своей правоте, и он постарался ускорить свои шаги, насколько это возможно.

Наконец, один из его шагов уперся во что-то мягкое. Это мягкое нечто оказалось живым телом, и при прикосновении оно издало резкий звук, при том такой высокий, что Грэг был готов поклясться, что даже Дилан от него подскочил.

– Кто здесь? – испуганно рявкнул он.

– Я-я-я, – легонько простонал женский голос.