Охотник

Амалия под предлогом нездоровья отказалась ехать с мужем на ярмарку и, оставшись одна, мучительно дожидалась ночи. Женщина сновала по комнате, то и дело подходя к окну, словно ожидая заветного знака, и наконец створка окна распахнулась, пламя свечи погасло, и лунный свет хлынул в комнату.

– Амалия… Иди ко мне… Иди сейчас… – послышался глухой голос.

Женщину окатила волна страха, но, повинуясь неведомой силе, она накинула шаль и вышла из дому. Луна успела скрыться за тучами, пока Амалия упрямо шла к каштановой роще.

И стоило ей оказаться на месте свидания с Леоном, как сверкнула молния, и глухой раскат грома потряс лес. Ноги у бедняжки подкосились, и она рухнула на замшелую плиту, больно ударившись коленями. Стуча зубами от страха и холода, женщина попыталась подняться, но чей-то голос словно пригвоздил её к месту.

– Я рад, что ты пришла, любовь моя.

– Кто ты? – выдохнула женщина.

– Я твой возлюбленный, Амалия. Твой повелитель, твой король. Тот, кому ты подаришь свободу, и тот, кто наполнит твою жизнь блаженством.

– Оставь меня! – выкрикнула женщина. – Я тебя не знаю! Я боюсь тебя!

– О нет, любовь моя, – тихо рассмеялся голос. – Мы же знакомы уже более месяца. Помнишь ночь, что ты провела здесь с мальчишкой Леоном? Тогда ты была так щедра, что одарила меня своей кровью. Но этого хватило только для пробуждения, дорогая. Мне нужно больше, Амалия, куда больше, чем в прошлый раз.

– Нет! Нет! – закричала женщина, в отчаянной попытке вскочить на ноги и пуститься прочь.

Но внезапно её охватила слабость, и, сама не понимая как, она нащупала возле плиты отбитый кусок камня с заострённым краем и, тупо посмотрев на него, полоснула остриём по запястью. Задохнувшись от боли, она как зачарованная смотрела на струйки крови, что побежали по руке, тотчас исчезая во мху.

Вскоре она перестала чувствовать холод от промокшей одежды; тепло разлилось по её телу, и нега охватила всё её существо.

– Отлично, любовь моя, – вновь раздался голос незнакомца.

 – Ты всё сделала правильно, красавица. А теперь иди, я буду ждать тебя следующей ночью.

– И я… я смогу увидеть тебя? – пробормотала женщина.

– Конечно, любовь моя. Мы непременно встретимся.

Женщина тяжело поднялась на ноги и пошла прочь. Она совершенно перестала ощущать боль и в вечно саднящей ранке на шее, и в порезанной руке. Вернувшись домой, Амалия кое-как замотала запястье тряпкой и спокойно заснула.