Последняя Хранительница

– Честно говоря, для меня это так и есть, – не стала отпираться я. – Что ты тут делаешь?

– То же, что и все люди делают на рынке.

– Я серьезно!

– Я тоже. Меня вот другое интересует, зачем тебе оружие?

– Для защиты.

– Тогда он тебе точно подойдет, – указывая головой на оружие в моих руках, сказал Соловей.

Я медленно перевела свой взгляд на кинжал и в сердце больно кольнуло. Он был прекрасен: тонкий, легкий и невероятно острый, но больше всего меня задело то, что на головке кинжала был искусно вырезан белый лебедь.

Увидев, что на моем лице отразилось недовольство, он поспешил меня успокоить:

– Позволь мне эту малость, ведь однажды ты спасла мне жизнь, – и щелкнув меня по носу, мужчина развернулся и растворился в толпе.

– Стой! – крикнула я, но безрезультатно, его нигде не было видно.

Судьба интересная штука: когда ты думаешь, что кого–то больше никогда не увидишь, она преподносит тебе неожиданный подарок.

Растерянная, я шла домой, то и дело просовывая руку в корзину и гладя искусно вырезанную рукоять. И только это действие помогало мне поверить, что мужчина не был плодом моего воображения.

День пролетел незаметно. Выполняя мелкие поручения Сорши, я несколько раз забегала в конюшню и подкладывала в сумку недостающие вещи. Радовало, что женщина до сих пор не забросила былое увлечение травами, и я смогла собрать из запасов нужные сочетания, которые надеялась, мне не пригодятся.

Вечером Марша все никак не могла улечься спать, как будто чувствовала некий подвох в моем поведении. Наверное, я и в правду вела себя слишком странно, то и дело обнимала тетушку, ненароком дотрагивалась до нее и говорила, что очень люблю. Но могло ли быть иначе.

Наконец она, отвернувшись от меня на другой бок, затихла. Я еще немного полежала, вглядываясь в ее темный силуэт, но времени у меня было немного. Надев платье, я все же тихо прошептала, обращаясь к Марше в последний раз:

– Прости меня! Надеюсь ты поймешь, что я просто не могла иначе.

На то место, что предназначалось мне, я положила свернутую пополам бумагу, в которой выразила все свои мысли, и в которой так же просила прощения и понимания. Рядом сложила лимонное платье, на котором не хватало тех самых десяти камней и которое тетушке в ее новой жизни понадобится больше, чем мне.

Оказывается, уходить от любимых очень тяжело.