Одна зима на двоих

Если прикажу прыгать на одной ноге – ты будешь прыгать. Уяснила? – он нависал над ней как скала. – Ослушаешься – накажу.

– Что, опять глазами своими страшными посмотришь? – равнодушно поинтересовалась Ким.

– Знаешь, мои люди не трогают тебя, потому что ты – подарок императору. Но я ведь могу и передумать, – едва заметно ухмыльнулся он. – Поверь, есть много других способов наказать. Гораздо более интересных, чем просто боль.

Он разжал кулак, отпуская ее, и отошел в сторону.

– Возьмешь спальник, ляжешь у самой дальней стены.

Сердце гремело в груди, оглушая своим боем.

– Я не слышу ответа?

– Поняла.

– Сделаешь опять по-своему – положу к виртам, – не заметив отклика на эти слова добавил, – или себе под бок. Выбор за тобой.

Ни слова больше не сказав, он вышел на улицу, оставив в пещере задыхающуюся от беспомощности Ким.

Ее не пугала возможность оказаться среди ездовых ящеров – они страшные, но не настолько чтобы терять от этого голову, но вот спать рядом с кинтом она точно не собиралась.

***

Вскоре все мужчины собрались в пещере и стало совсем тесно. Уставшие вирты ютились в небольшом закутке возле выхода, недовольно ворчали, рыли когтистыми лапами пол, кровожадно посматривая друг на друга, захватчики разбирали спальники и готовились ко сну, чтобы встать с первыми лучам солнца и снова отправиться в путь, а Ким сидела, забившись в угол и настороженно за всеми наблюдала.

Хотя все ее не волновали.

– На, – рядом с ней остановился Войс и протянул ей какую-то сморщенную пластинку, – ешь. Ты, наверное, голодная.

О еде она не вспомнила за этот день ни разу. От круговорота событий, который так стремительно вырвал ее из привычной жизни, напрочь пропал аппетит.

– Бери. Это мясо вирты.

Ким вскинула на него испуганный взгляд, а оптом посмотрела туда, где звери укладывались на ночлег.

– Их еще и едят?

– Да. С медовым соусом они очень даже неплохи, а в сушеном виде, конечно, редкостная гадость, но голод прекрасно утоляют

– Войс, – раздался суровый оклик Хасса, – отдал?

– Да, – воин сунул мне в руки пластинку.

– Тогда отошел, живо.

Я почувствовала, как вокруг меня будто вырастает невидимая стена. Мужчины поспешно отводили взгляды и больше никто из них ко мне не подходил, и не делал попыток заговорить.