Даргар. Путь Творца

– Несколько дней я буду приходить сюда, пить чай с пирогом и смотреть в окно. Иногда буду рассказывать местным зевакам, что приехал поступать на курс к магистру Черсу, но никак не решусь пройти испытание. Пару раз пройдусь до площади у вашей императорской академии магии. Кстати, сделана она отвратительно, куда только местная элита смотрит. В иных мирах за такую разруху сняли бы голову ответственным. Но у вас тут все не как у людей. Ну, так вот. Пока мой резерв полностью не восстановится, я всеми силами буду изображать из себя искателя лучшей жизни.

– Все будет в лучшем виде, – пообещал мне голос, и я поверил. Не потому, что этот маг внушал доверие. А потому, что я был его последней надеждой на помощь в борьбе с императором. И, кто знает, возможно, меня закинуло в этот мир как раз благодаря отзывчивости одного из далеких, но все знающих и все ведающих аранеев? Так ли иначе, я решил помочь этому чернокнижнику.

– Ритуальный клинок? – я поднялся из-за стола и вышел в центр залы. Посетители трактира сидели, замерев в причудливых позах. Напротив меня развернулось окно портала и оттуда, как я и представлял – в балахоне, со спрятанным под капюшоном лицом, мне навстречу шагнул мой собеседник. Маг накинул защитный полог, в пределах которого мир вокруг на несколько ударов сердца затормозил свое движение.

– Есть, – чародей кивнул, извлекая из кармана черный, отливающий алым в свете закатных лучей клинок. Я внимательно осмотрел его – ни потайных рун, ни коварных заклинаний, позволяющих клятве найти лазейку. Ничего, что могло бы поставить меня под удар. Коротко кивнул, подтверждая, что этот клинок подходит, и протянул его магу. Тот прикрыл глаза, сделал медленный выдох и четко, уверенно заговорил:

– Я, тот, кто пришел человеком в плаще клянусь тому, кого знаю, как Занозу именем Великой Матери-Прядильщицы, что мысли и деяния мои, просьбы и требования мои не сотворят зло, не причинят вольную или невольную смерть невинным и виновным.

Маг полоснул ладонь, наблюдая за тем, как крупные алые капли стекают по лезвию, чтобы собраться в воздухе в пылающий шар. На мгновение шар окутала белая дымка, подтверждая искренность сказанных слов. Камень вокруг загудел, с потолка посыпалась новая порция трухи.