В лабиринтах вечности

Почему?

– Повторение – основной принцип рекламы, – Рамсес многочисленно повторял свое имя, восхваляя тем самым себя в надписях, в храмах, колоссах, и вот результат – мы знаем только его, а всех остальных как бы и не было!

– Но! Ты же не будешь отрицать, что он был отличным воином!? – вдруг вспыхнула Настя, – и он был первый, кто в истории человечества заключил мирный договор!

– Ага, плюс недюжие бахвальство, – резко парировала Аня, – он, мол, сам своей персоной разгромил хеттов при Кадеше – один со сверкающим мечом бросился в бой! Еще скажи, что боги или кто там еще, инопланетные существа или атланты, да, и бог весть кто, наделили его нечеловеческой силой, да такой, что Рамсес сам, один, всех хеттов разгромил?

– И скажу…

– Скажи, скажи.

Не забудь добавить, что этот эпизод для Египта не был столь победным! Но историю можно попросту немного описать не так, как было на самом деле, что-то умолчать, а что-то восхвалять… И вот результат: Рамсес второй – «Ярчайшая фигура в анналах истории». Не так ли, Настя?

Настя не успела ответить, как в комнату постучали.

Аня метнулась.

– Открывай, я в душ…

Настя направилась к двери, невольно радуясь внезапному избавителю – спор добром не закончился бы – обязательно поссорились.

– Come in.

Открыла дверь. На пороге портье церемонно склонился в поклоне – на серебряном подносе золотистая карточка.

Она нерешительно взяла карточку, словно это был золотой ключик от потайной двери, ведущую в сказочную страну.

– Визитная карточка отеля…, ключ? – спросила она, доставая из кармана рубашки египетский фунтик, положила на поднос.

По всем правилам этикета, портье с благодарной улыбкой должен был удалиться, но он оставался стоять на месте, пристально вглядываясь в Настю. Он словно впился в неё глазами, словно что-то искал на её теле…

– Ну, что ещё? – сказала она обескураженная подобной наглостью, – денег не дам, хватит. У самой, знаете ли, денег немного. I am a student. Да, иди уже…

Портье не шелохнулся. Маленькие чёрные глазки буквально буравили ее, она видела, чувствовала, что он смотрит как сквозь нее.

«Может у меня чересчур откровенно расстёгнута рубашка… и надо застегнуть?» Невольно поправила ворот, застёгивая верхнюю пуговку.

Острый, цепкий взгляд портье тут же переместился ей на лицо.

– Желательно ценности (на этом слове он как-то опять скользнул глазами вроде как по Настиной груди), украшения и деньги оставлять в отеле. На первом этаже имеется сейф. В городе много ворья.