Попаданка для дракона

Он долго возился с узлом, но так и не смог его развязать и в конце концов просто дернул, с треском разодрав ткань.

– Пить, – простонала я, едва вонючая тряпка исчезла от моего лица, – пожалуйста.

– Идем наверх, – мужик проворно развязал меня и помог подняться. – Я все приготовил. Сейчас и напою, и накормлю, невестушка.

Я покачала головой и тяжело опустилась на ящик с картошкой.

– Не могу. Ноги затекли, – прохрипела и тут же закашлялась.

– Ох, беда-то какая, – спохватился он и тут же потянул ко мне свои лапы, – давай разотру!

– Не надо! – воскликнула я, заметив, как заблестели его масляные глазенки.

Мужик мрачно нахмурился, обиженно взглянув из-под кустистых бровей. Нет, с ним так не надо – вдруг разозлится. Поэтому добавила уже мягче и спокойнее:

– Тебя как зовут?

– Лойд.

– Очень приятно, а я Мария. Можно просто Маша, – я попыталась улыбнуться, но губы были словно деревянные, потому получилась болезненная гримаса. – Лойд, дай мне, пожалуйста, воды и пять минут прийти в себя.

Он немного потоптался рядом, будто раздумывая, стоит ли меня оставлять одну, но все-таки согласился:

– Сиди. Сейчас принесу.

Пока беззубый шуршал наверху, я растерла затекшие запястья и щиколотки, поприседала, а заодно с удивлением рассмотрела свой наряд: длинное светло-коричневое платье в пол простого кроя, со шнуровкой на груди, рукавами до локтя и белым хлопковым подъюбником. Тесное сверху и неудобное громоздкое снизу.

А самое страшное, что у меня отродясь такого не было.

Я запретила себе об этом думать.

Спустя пару минут он снова спустился по кривой лестнице, сжимая в одной руке жестяную кружку исполинских размеров. Что ж, чем больше, тем лучше. Стараясь не смотреть на своего «спасителя», я приняла подношение и начала жадно пить. Вода была свежая и настолько холодная, что сводило зубы, но я выпила все до последний капли, чувствуя, как возвращаются силы.

Тем временем Лойд отошел к дальним полкам и принялся там суетливо шуровать в поисках деликатесов, не забывая при этом повторять, что с ним меня ждет сладкая, сытая и поистине царская жизнь.

Не особо прислушиваясь к сбивчивому бормотанию, я мрачно посмотрела на его загривок, потом кружку в своей руке, снова на загривок и снова на кружку. Сомневаться было некогда, поэтому тихо шагнула к нему, ударила со всей силы, на которую была способна, и проворно отскочила в сторону.