Одна зима на двоих 2

Без единой эмоции следит за ее движениями. Равнодушно. Без слов.

Было страшно. И этот страх с каждым мигом все усиливался, давил, вынуждая делать судорожные вдохи.

– Мы едем в столицу? – наконец, не выдержала она.

Хасс долго молчал, прежде чем ответить, потом абсолютно ровно произнес:

– Не мы. Ты.

Вдохи стали не просто судорожными, а надрывными.

Она просто не представляла, как это быть в Андракисе без него! Каждый день, с того момента, как похитил ее из долины, Хасс был рядом. Незримой мрачной тенью преследовал ее, где бы она не находилась.

Ким даже предположить не могла, что когда-нибудь будет бояться остаться без своего молчаливого хозяина. Это было так нелепо и в то же время отчаянно больно.

– Вещи там, – он указал на стопку, скромно лежащую на лавке рядом со столом.

По его приказу для нее еще вчера приготовили комплект одежды, в которой было удобно путешествовать верхом – легкие замшевые брюки, рубашку, плащ и высокие ботиночки. Путь до столицы займет не меньше недели, и в рабском рубище, кожа на ее бедрах превратится в кровавое месиво, еще на исходе первого дня.

Ким не задавала вопросов, не смотрела на него, не жаловалась. Просто молча кивнула и начала одеваться в то, что он приказал.

Эта отстраненная покорность разозлила Хасса. Хотелось хоть чего-то. Криков, обвинений…просьб не отпускать ее, не отдавать ее. Все что угодно, лишь бы не это натянутое молчание. Он всегда был холоден с остальными, но впервые чужое равнодушие задевало его самого.

Дурак! С ней он точно становился дураком.

Не в силах бороться с самим собой, Кхассер проворно вскочил с кровати и начал одеваться. По-походному быстро, желая скорее выйти на улицу. Ким украдкой наблюдала за его напряженной спиной, за тугими мышцами, играющими под смуглой кожей. Странно, но сегодня раны выглядели так, будто он получил их не накануне, а как минимум пару недель назад. Его способность к восстановлению впечатляла. Ким бы тоже не отказалась от такой, что избавиться от боли.

– Через пять минут я жду тебя в центре, – процедил сквозь зубы и ушел, оставив ее наедине со своими невеселыми мыслями.

Ким думала о том, что ждет ее дальше. Жизнь в лагере была непростой, но хотя бы понятной. Она уже привыкла, знала, чего ждать каждый день, даже в какой-то мере смирилась, а теперь снова подступала неизвестность.