От Огненной Земли до Острова Пасхи. Дневник Путешественницы

Все заняты чем-то своим, но в разговорах, между делом, то там, то здесь, конечно, интересуются откуда. «Из России – так далеко! И зачем? Почему к нам?..»

Любопытно, что здесь меня часто спрашивают: почему Чили? В Аргентине я с подобным вопросом не сталкивалась. В первое время не знала, что отвечать.

– Ну что же тут непонятного – это же ЧИЛИ!!! Чили, понимаете?!

– А на каком языке говорят в России? – спрашивает один из ребят от КОНАФа. – А, на русском…

– Есть и другие языки, но государственный – русский, – поясняю я.

– А на Украине?

– У них тоже свой язык, это же другая страна, – отвечаю.

Завидев замешательство на лице коллеги, другие участницы разговора начинают смеяться.

Многие здесь не знают разницы между Россией и СССР. Впрочем, много ли я-то знаю о чилийской истории? Их страшные события были ведь совсем недавно.

Я восхищаюсь творчеством фольклориста Виктора Хара. А ведь именно он и был тем певцом, которого Пиночет вывел на стадион Сантьяго и отрубил кисти рук, а затем казнил.

Энрике, видя мой живой интерес, рассказывает о сменах режима, о выселении мапуче с их земель, об интродукции североамериканских хвойных в ущерб нативным лесам лишь для наживы целлюлозно-бумажных промышленников. В разговорах с местными всплывают различные социальные и политические проблемы этого края, а я не могу не возвращаться мыслями к собственной стране. Оторванные от своей культуры и земли мапуче напоминают мне наши «малые» народы Сибири и Дальнего Востока, в свое время так активно впихиваемые под общую планку.

Почему люди никогда не слушают, прежде чем говорить? Отчего та манера жизни, которой живут более «успешные» народы, должна подойти другим, родившимся в других климатических условиях, взращенных иными лесами и горами? Почему «прогрессивные» нации вечно мнят себя великими учителями, образовывая нерадивых и диких кнутом и ружьем?

В этом отношении я полностью согласна с Еленой Норберг-Хорж, которая в своей книге «Древнее будущее» пишет о том, что проблемы современных стран третьего мира, такие как голод, эпидемии, наркотики и прочее, являются следствием колонизации, а не, так сказать, «примитивности» этих культур.

Мне ужасно любопытно наблюдать местных гаучо, но я смущаюсь открыто пялиться на них, потому поглядываю украдкой. Эти мужички – словно те деревья, что они рубят, – крепкие, с потемневшей на солнце кожей и обветренными лицами, орлиными носами и глубоким взглядом из-под могучих бровей.