Друзья с Маяка

– Ой, я уже и сама не знаю… Испугалась, что это я забыла… – она всплеснула руками, – можешь ничего не говорить! Это катастрофа! Я еще и чашку из маминого сервиза разбила…

– Ладно, – Анри принялся заваривать чай.

Его спокойствие еще больше распылило Жаннет, она бы предпочла, чтобы он поругал ее или, наоборот, подбодрил, но он молча заваривал чай. Жаннет взяла кастрюлю, потом снова поставила ее, принявшись убирать стол, замерла на середине, хотела пойти в погреб достать что-то, но ее голова была заполнена роем жужжащих мыслей, и каждая из них норовила вонзить в нее свое жало.

На пороге ее остановил голос Анри:

– Твоя почта все еще приходит на адрес маяка, я принес ее сюда.

– Спасибо, – Жаннет скрылась за дверью.

Анри отложил ложку и опустился за деревянный кухонный стол, сложив на него руки и погрузив на них голову. Он ждал. Потом поднялся и вошел в спальню. Письма на кровати не было.

– Что с тобой происходит, Жаннет? Почему ты не говоришь со мной об этом? – спросил он, стоя в дверях.

Девушка подняла глаза, в них стояли слезы.

Она сидела на кровати, подтянув одну ногу к себе и свесив другую, что было возможно в силу ее наряда.

– Что я сделал не так? – вырвалось у него.

– Ты? – удивленно расширила темные блестящие глаза Жаннет, – да ведь это я… – она слегка шмыгнула носом, – все… все делаю не так! Я ужасная хозяйка! Я ужасная жена! – воскликнула она, подаваясь вперед на кровати, – тебе нужна хорошая жена, которая… – она уже говорила в нос, – которая будет тебе варить с утра кофе, приносить полноценный обед на работу, а не… не сжигать кастрюли в доме и бить сервизы твоей мамы!.

. С которой тебе не стыдно будет показаться, а не та, что ходит, как рабочий, в комбинезоне, подстриженная под мальчика-подростка!.. Которая… – слезы уже несдерживаемой рекой лились по ее щекам, – а я… я…

Анри шагнул к ней, опустился на колени подле кровати и взял ее мокрые ладошки в свои теплые мягкие руки. Он просто не мог видеть ее слез. Письмо было мгновенно забыто, тем более поджаренная кастрюля.

– Мне нужна моя Жаннет, – сказал он мягко, – не важно, в комбинезоне или в платье в горошек, подстриженная под мальчика или с локонами. Моя Жаннет, которая бегает по склонам с мольбертом, пытаясь поймать… как же ты это говоришь… – он смущенно улыбнулся, – ускользающий свет… не знаю, у тебя даже говорить о живописи получается поэтично, – не отрывая взгляда от глаз жены, Анри продолжал, – Мне нужна ты, а не кто-то, кто по твоим представлениям мне подходит.