Метаморфозы Катрин

А вот попутно он сделал несколько не очень важных открытий. И рассказывал мне. Вот так я и узнала. Потому и запросила такой лирд. Я не собираюсь всю жизнь быть на обеспечении мужа. Согласитесь, Марк, иметь жену, которая со временем перестанет тянуть деньги на платья, это очень хороший бонус.

Вроде бы так – нормально сказала. И подчеркнула, что не считаю женщин умнее, но и себя не обидела. А уж перспектива сэкономить, пусть и в будущем, должна его порадовать однозначно.

– Значит так, дорогая жена, с этого момента мы говорим друг другу «ты».

– Клянусь господом нашим! – торжественно сказала я.

Если учесть, что я атеист, то клятва не слишком меня обязывает. Но я не собиралась ему больше врать. Он честно простил мне надувательство и отнесся хорошо. Он не глуп, не качает права, объявляя себя самым умным и главным. Нет, думаю, что в глубине-то души он в это свято верит, но хоть ведет себя прилично.

Но меня насторожило то, что на вопрос о своей матери он предпочел не отвечать.

* * *

На следующий день с утра я проснулась от странного ощущения. Ночью мой муж подгреб меня к себе, прижал мою спину к своему животу и так и удерживал. Сквозь тонкую ткань сорочки я пятой точкой ощущала некоторое неудобство. Честно – мне стало страшно, и я попыталась аккуратно вывернуться из-под его руки.

Думаю, я его разбудила, потому что хриплым со сна голосом Марк буркнул:

– Лежи спокойно и не елозь. Раз уж ты моя жена, привыкай. Для мужчины это естественно. Так что не стоит бояться. Потом, когда станешь старше, увидишь, что там.

Я еле сдержала нервный смешок. Похоже, с мужем мне таки повезло. На редкость вменяемый парень.

– Когда нам нужно вставать?

– Нас разбудят, когда придут за простыней.

– Марк, а почему ты вчера не захотел рассказать мне про свою маму?

– Вот же… заноза мелкая.

Я повернулась к нему лицом. Глаза у него были янтарно-карие, красивые. Но он хмурился.

– Марк, если знаешь точно, к чему готовиться, не так страшно.

– Моя мама – леди. Она – украшение графства. Но жить с ней под одной крышей не слишком легко.

– Почему?

– Она слишком безукоризненна. Она всегда точно знает, что и как нужно делать. От нее не скроется ни одна мелочь. Но все это касается только внешней стороны.