Метаморфозы Катрин

– Вы уверены, миледи? – обратился ко мне король.

Он-то знал, что муж пять лет будет у него на службе.

– Да, ваше величество.

– Итак, граф Ромский, говорите.

– Я хочу, чтобы моя жена подарила мне сына в течение шести лет.

– Ваше слово, леди Катрин Бурад.

Я видела, как рука графа потянулась к поясу. Э-э-э нет, дорогой муж! Так дешево меня не купить.

– Я хочу в лирд разрешение мужа зарабатывать деньги и тратить их по своему разумению.

Растерялись все, в том числе и его королевское величество.

– Дитя мое, – обратился он ко мне, – дитя, вы уверены? Не лучше ли вам не идти против традиций и принять от мужа обычный подарок?

– Нет, ваше величество, не лучше.

– Но как вы собираетесь зарабатывать? Вы же леди, вы не можете… Ну, допустим, пойти служить!

Вокруг захихикали и зашептались сопровождающие короля…

Я немного потупилась, хлопнула несколько раз ресницами и сказала:

– Ну, ваше величество, например, я придумаю красивую помаду. Могу же я отдать ее купцу на продажу?

Король заулыбался.

– Конечно, можете, милая леди. Но это когда еще будет, а пятьсот салем совсем не плохие деньги, поверьте мне! Может быть, вы все же передумаете?

– Нет, ваше величество. Не передумаю. Я хочу именно такой лирд!

Мельком я взглянула на скамью, где сидела леди Тирон. Лицо у нее было багровым – она поняла, что денег с меня не получит. Отец Катрин, надо сказать, тоже не отличался здоровым цветом лица. Интересно, это он из-за денег так? Или просто опасается, что граф не примет такой лирд и свадьба сорвется?

– Ну что ж, леди.

– Все, что моя жена сможет заработать, она сможет тратить по своему усмотрению. Обещаю не чинить ей препятствий, если ее действия не будут порочить мое имя. Слово Ромского!

Граф смотрел мне в глаза без улыбки, и я понимала, что вечером предстоит трудный разговор.

– Я слышал и запомнил, – с улыбкой сказал король.

– Я слышала и запомнила. – Баронесса неожиданно подмигнула мне.

Откуда-то из-за спин людей вышел юноша и протянул два листа на красивом серебряном подносе на подпись королю. Во второй руке он держал чернильницу с пером. Его величество расписался, придавил кольцом маленький комочек шерсти в коробочке, пропитанный чернилами, приложил перстень и вытер его о лоскут сукна. Следом расписалась баронесса и тоже приложила перстень-печатку.