Я тебя покупаю

Я познакомилась с вашим сыном пару дней назад. Таких подробностей он мне не рассказывал.

– Вот как?

Лидия была удивлена, черты лица её снова отразили растерянность. Влад же снова послал мне предупреждающий взгляд, и я сосредоточилась на еде. Злить его в преддверии того, как начну просить дать мне возможность сделать хоть один звонок, было глупостью.

Мы просидели за завтраком в молчании минут десять. Только слышался звон вилок о тарелки и отчётливо чувствовались взгляды, которыми мы награждали друг друга. А когда трапеза закончилась и Титов поднялся, я спросила тихо:

– Можно с тобой поговорить?

Он удивлённо вскинул брови, но тут же кивнул.

– Идём в мой кабинет.

Я сомневалась некоторое время. Оставаться наедине с Владом было не лучшей идеей, но и говорить при его матери я не собиралась. Поэтому поднялась из-за стола и отправилась следом за Титовым.

Войдя в кабинет, он хмыкнул, когда я юркнула следом и оставила дверь открытой.

– Думаешь, что стану тебя насиловать? – уточнил он таким обыденным тоном, словно мы с ним обсуждали, скажем, покупку обоев в гостиную.

– Я хочу позвонить родным, – вместо ответа объявила я о том, зачем просила этого разговора.

Титов нахмурился, но не сказал «нет», и это обнадёжило.

– Хорошо, но только на моих условиях, – наконец, сказал он после короткого раздумья.

– На каких? – осторожно уточнила я, гадая, что он может потребовать взамен.

– Я сам наберу номер Миши. Говорить с ним ты будешь ровно минуту.

Я закусила губу. Хотелось закричать от бессилия, подбежать к Титову и молотить его кулаками до тех пор, пока злость не исчезнет.

– Договорились, – кивнула я.

Влад удовлетворённо улыбнулся, и на мгновение вновь показался мне Всеволодом. Его лицо приобретало точно такое же выражение, когда он растягивал губы в улыбке и говорил мне что-то приятное. Впрочем, эта химера исчезла так же быстро, как и появилась. Титов вновь превратился в человека в равнодушно-холодной маске, но мне уже было плевать.

– У тебя ровно минута, – напомнил он мне, пока я жадно вслушивалась в гудки, доносящиеся из трубки.

– Если с ней что-то случится… – послышался голос брата, и я тут же откликнулась.

– Миша! Это Лина.

– Бля! Линчик, как ты?

В голосе Миши облегчение смешалось с растерянностью.

– Я в порядке, – солгала ему я. – Скажи маме и папе, что со мной всё хорошо. Придумай что-нибудь, идёт?

– Уже сказал.