В постели с чужим мужем

Близилось время, когда нужно было приготовить ужин.

В этой части Элиной квартиры ей понравилось гораздо больше. Включив большущий телевизор, едва ли не во всю стену, Варя принялась инспектировать содержимое холодильника и кухонных шкафчиков. И когда закончила, была весьма удивлена тем, что обнаружила.

Итак, на полках – несколько пачек киноа, мука, масло и специи. И всё. В холодильнике ещё хуже – в морозилке пара рыбин, упаковка шпината и лёд. А на полках обезжиренное молоко и обезжиренные же йогурты.

Из этого нехитрого набора продуктов уж точно нельзя было приготовить хоть что-то удобоваримое, что можно было съесть уже через пару часов. А это означало, что Варе предстоял поход по магазинам.

Деньги, которые Эля дала на реабилитацию матери, Варя, конечно же, тратить не стала. Да и суммы, которая у неё имелась в наличии в обход этого, хватило на то, чтобы приобрести самые необходимые продукты. Овощи для супа, картофель, чтобы сделать жаркое. Немного мяса. И конечно – приличное молоко.

Сгрузив в кухне пакеты с покупками, Варя вздохнула и осмотрелась. Всяческой техники здесь было столько, что ею можно было обеспечить несколько семей. А вот женской руки, которая бы обеспечивала уют, не наблюдалось.

Передёрнув плечами, Варя взялась за пакеты и принялась разбирать их, чтобы после приняться за приготовление ужина, а в идеале – ещё и супа назавтра.

Когда именно щёлкнул дверной замок, она и не поняла. Как раз помешивала зажарку для борща, и в этот момент раздался посторонний звук в прихожей.

– Пахнет вкусно, – нарушил тишину в кухне мужской голос, и Варя, мысленно выругавшись, повернулась к мужу Эли.

– Скоро будет готово, – вот и всё, что она смогла из себя выдавить.

– Хорошо. Я в душ. Через пятнадцать минут буду.

И Кирилл ушёл. Возвращая ей ощущение свободы.

– Значит ты теперь живёшь здесь.

Муж Эли не спрашивал – утверждал. Устроился за столом, и пока Варя накладывала ему самой, что ни на есть, простецкой картошки с мясом, ждал ответа.

– Да. Так Эля сказала. Чтобы я жила здесь, – наконец, совладала она с собой и, поставив перед Кириллом тарелку с едой, вновь отошла к плите.