Во власти незнакомца

– Зачем? – не поняла Олеся.

– Во избежание недоразумений.

Она сунула руку в задний карман сумки и нащупала мобильник, после чего протянула его мужчине вслепую, решив, что раз это обязательное требование для встречи с мистером Икс, она его выполнит.

– Позволите? – забрав у неё телефон, незнакомец взял Олесю под руку. Она услышала, как открывается дверь, несмотря на то, что ни скрипа петель, ничего подобного не было. Просто темнота обостряла все ощущения.

Машинально сделав несколько шагов, Олеся ощутила, как её туфли коснулись ковра.

Может, распылялись какие-то феромоны, которые минутой позже сделают из неё покорную рабыню?

Эта мысль неожиданно развеселила, Олеся даже не удержалась от короткого тихого смешка, который впрочем, замечен никем не был. Её оставили одну, а после она услышала, как мужчина уходит.

Сначала она услышала тихое дыхание, а следом ей разрешили избавиться от повязки:

– Вы можете снять ленту.

О, это был… невероятный голос. Тихий, с нотками хрипотцы, довольно низкий и посылающий по телу вибрацию. Сразу захотелось увидеть его обладателя, хотя, Олеся прекрасно понимала, что это последнее, что ей будет позволено сделать.

Она убрала повязку с глаз, но оказалась в точно такой же темноте, в которой пребывала весь путь в эту комнату.

– Сделайте два шага вправо. Там кресло. Присядьте, – снова раздался тот тембр, который она готова была слушать и слушать.

Олеся послушно исполнила то, что ей сказали и опустилась в мягкое удобное кресло. Сложила руки на коленях, будто покорная ученица, и вдруг, совершенно неожиданно даже для себя самой, выпалила:

– Я боюсь.

Она никогда не спешила признаваться в собственных страхах, и что сейчас понудило её это сделать, Олеся не знала.

– Боитесь? Чего именно?

– Я не знаю.

– Вас никто не будет удерживать здесь насильно. Если конечно, вы этого не захотите.

– Я не захочу.

Олеся чувствовала себя так, как, должно быть, ощущает себя муха, угодившая в медовую лужицу. Когда кругом – сладостная эйфория, а ты тонешь и тонешь, зная, что это погибель, но избавиться от неё не можешь, да и не хочешь.