Ты предал нашу семью

Я же даже после родов, когда Вострикова вскользь сказала, что живот можно убрать при помощи операции, не собиралась ложиться под нож. И моя внешность меня полностью устраивала со всеми её недостатками, к которым можно было отнести, пожалуй, лишь немного вздёрнутый нос и не такие пухлые губы, как это было принято сейчас.

– Ты всё ещё кормишь? – спросила она меня удивлённо, когда я заказала себе чай.

– Ты что? Саввке уже два с лишним, хватит! – заявила я и мы подозвали официанта.

Как только он принял заказ и удалился, я тут же решила перейти к делу.

– Я знаю, что Руслан спит с Вэл, – объявила Вике, и она тут же поджала губы.

Отложив телефон, она вздохнула и посмотрела на меня внимательно. И вдруг сказала то, от чего я застыла:

– Я рада, что ты наконец в курсе. Вообще не представляла, как ты это воспримешь, но раз говоришь спокойно – это хорошо. Ты ведь другая, Женя… У тебя, в отличие от нас, другие представления о любви и верности.

Кого она имела под словом «нас» догадаться было несложно. Других жён тех олигархов и бизнесменов, которые готовы были закрыть глаза на любой грех мужа, лишь бы и дальше оставаться при статусе и деньгах, которые его давали. Ну и тому, что Вострикова обо всём знала, удивляться не приходилось.

– Но ты не парься, Жень. Это у них ненадолго. Лерка вообще от них быстро устаёт, хотя, как мне кажется, между нею и Русланом и есть искра.

Она говорила так непосредственно о том, что причиняло мне боль, что я всё больше склонялась к мысли свести наше общение с Викой к нулю. Или обращаться к ней только в случае, если мне это будет выгодно.

– Знаешь, у них типа соперничества… Ну, как долго с ней кто будет. Мой продержался три месяца, – не без гордости, от которой у меня озноб по телу пошёл, продолжила Вострикова.

– Вик, ты вообще себя слышишь? – не удержалась я от того, чтобы не ужаснуться.

Она в ответ посмотрела на меня с недоумением и продолжила:

– А что здесь такого? Вспомни Акунина. У него была какая-то героиня… к которой съезжались все мужчины высшего света, а она выбирала, с кем ей спать, а с кем нет, – с жаром сказала Вика, как будто я только что покусилась на святое. – Вот и здесь так.