Ты предал нашу семью

– Куда мы едем? – спросил он, глядя на меня в зеркальце заднего вида.

Этот вопрос разозлил. И хоть в нём не было ничего необычного, я всюду теперь видела подвох. Чего доброго, Руслану в голову придёт мысль дать указание Максу отвозить меня только по определённым адресам.

– К Никите домой, – буркнула я и, нацепив на нос тёмные очки, чтобы скрыть синяки под глазами от бессонной ночи, уткнулась взглядом в окно.

Ни слова не говоря, Максим кивнул и выехал с территории, окружающей особняк.

Брат меня ждал. Едва я вышла из машины, он шагнул ко мне с крыльца дома и проговорил:

– Наташа ни о чём не знает.

Я фыркнула и покачала головой. Под «ни о чём», видимо, подразумевалось то, что я могла назвать лишь одним словом: предательство.

Предательство мужа, предательство брата, который был в курсе и молчал…

– Обсудим всё вдвоём, – кивнула Никите и мы прошли в дом.

Брат тут же указал на двери своего кабинета, что располагался на первом этаже чуть поодаль от гостиной, соединённой со столовой. Мы с Никитой выросли, конечно, не в нищей семье, но к той роскоши, которая теперь окружала нас сейчас, не привыкли.

Брат хоть и не был таким крупным предпринимателем, которым стал Троянский, но тоже зарабатывал прилично на каких-то совместных с Русланом проектах.

– Как Тася? – спросила у Никиты про свою племянницу, его дочь.

Она родилась с редким генетическим отклонением, почти не покидала дома, сосредоточив вокруг себя всю жизнь своей семьи. Наши мать с отцом тоже беспрестанно были рядом, иначе бы Наталья, жена Никиты, просто сошла с ума.

– Стабильно, – мрачно отозвался брат, что означало лишь одно: без изменений.

– Хорошо, – ответила я, присаживаясь на край дивана.

Это действительно были отличные новости, потому что врачи не раз пугали, что отрицательная динамика в состоянии Таисии может наступить в любой момент.

– Если коротко, то… Вчера я слышала ваш с Русланом телефонный разговор. Исходя из него, у Троянского есть любовница – Валери. Ты был в курсе, но мне ничего не говорил.

Муж отрицать ничего не стал, сообщив мне, что его Вэл – это дорогой атрибут, нужный для бизнеса, и что он будет продолжать спать с ней и дальше. Что ты можешь сказать мне по данному поводу?

Меня разрывало от эмоций, но сдерживать их со временем становилось всё проще. Потом, когда всё устаканится, пойду к психологу и уже с ним проработаю всё, что за считанные часы нанесло мне смертельные травмы.

Отведя от меня взгляд, Никита обошёл стол и устроился за ним.