Триггер

Если нормальный мужик – так может это судьба?

– Он очень молод.

– Тем более! Блин, Кать… Ладно, я молчу. Хотя, нет. Молодой, с дочерью, которая тебя как мать приняла, да тут сам бог велел.

– Ничего он не велел. Мы виделись с ним пару раз.

– И что? Познакомься поближе, делов-то.

– Не дави на меня, окей? У меня сейчас все мысли о разводе, о том, как не потерять квартиру, и в первую очередь – о Насте. И больше я ничего не хочу.

– Поняла-поняла. Дело твоё, конечно.

Она замолкает, и это довольно странно, потому как обычно Тому ничто не способно удержать от того, чтобы она высказала всё, что думает, даже если её ни о чём не спрашивают.

Просто смотрит на меня внимательно, чуть прищурившись, как будто хочет что-то понять. И вздыхает через пару минут:

– Ладно. Пошли к Лиле, вижу, что изводишься.

Я действительно начала переживать – оставила ребёнка одного с незнакомой ей тётей. И хоть знала Лилю едва ли не половину жизни, всё равно не могла быть спокойной.

Я усмехнулась собственным мыслям прежде чем отправиться за Настей в ателье.

Кажется, превращаюсь в наседку. И почему мне это так нравится?

***

Только когда Настя с Катей уходят, я ощущаю, как меня покидает напряжение. Воздух вокруг словно наэлектризованный. Вроде банальное сравнение, но оно подходит как нельзя лучше. Кажется, с каждым вдохом втягиваешь в себя эти заряженные частицы, которые состоят из охрененного накала, страха Кати, моей потребности защитить их от всего, что может сказать Вадим, ну и из его ядовитого сарказма – в первую очередь.

– Это вообще что такое сейчас было? – уточняет он тихо, и в голосе Персидского слышу ощутимую угрозу.

– Ничего, – пожимаю плечами в попытке сделать вид, что всё случившееся не стоит ни капли нашего внимания. – Девчонки просто сдружились.

– Девчонки?

Мать твою… это я, пожалуй, зря.

– Вадим, давай реально не сейчас. Ты сказал, что ждёшь меня срочно, я здесь.

– Нет уж.

Он передёргивает плечами, засовывает руки в карманы брюк и прислоняется бедром к краю стола.

Цепко смотрит на меня, и мне почему-то хочется слиться куда подальше. Дерьмово всё это… В прищуре светло-серых глаз то ли злость, то ли насмешка. А может, и того и другого с перебором, потому не пойму, что превалирует в тот или иной момент.

– И давно это у вас?

– Что – это?

– Давно твоя дочь мою жену матерью называет?

По взгляду Вадима, который меняется ежесекундно, понимаю, что парит его совсем не наличие Насти рядом Персидской.