Ты предал нашу мечту

После заперлась на замок и, буквально упав на кровать, со всей силой вцепилась в телефон, что сейчас мне казался якорем. Если Юра начнёт выносить дверь – вызову пожарных, полицию, которая наверняка не доедет до нас, ведь у них есть лозунг «Убьют – звоните». Позвоню детям, Тане, своим родителям… кому угодно, хоть Господу богу.

Да, этот дом мы оформили на Юру, но куплен-то он был в браке. И Корзунов должен был понимать простую вещь – когда мы будем делить имущество, я зубами вгрызусь в то, что мне было так дорого.

Господи! Какой ужас! Я сижу и всерьёз рассуждаю о разделе имущества! Ударьте меня, хоть кто-нибудь, да посильнее… Это немыслимо, так не может быть. Я – не верю…

– Нась, мы уезжаем, – раздался из-за двери голос Юры, когда прошло, должно быть, минут пятнадцать, которые я провела, так и продолжая вцепляться в равнодушный пластик телефона.

Меня окутало чувством, что я попала в параллельную реальность, в которой и оцепенела. Сидела, не издавая ни звука, пока там, за тонкой преградой стен, началось какое-то копошение.

Они уехали минут через пять. Сначала я услышала приглушённые разговоры, возню, потом – звук захлопнувшейся входной двери. А после тишину. Лишь только показалось, что через какое-то время за забором остановилась машина, которая уехала почти сразу.

Выскочив из спальни, я убедилась в том, что дом опустел. Колонки стерео-системы молчали, на столе осталась грязная посуда… Моё место силы безмолвствовало, словно хотело поддержать свою хозяйку хоть как-то.

А я, вернувшись к нашей с Юрой кровати, упала на неё ничком и завыла.

Я ведь выиграла, выставив этих людей за дверь, не так ли?

А если да – отчего же так горька эта… победа?

Прийти в себя никак не удавалось. Да и мог ли мне кто-то вменить это в вину? Я имела право на реакцию, какой бы она ни была. Я не выбирала той ситуации, в которой в итоге оказалась. Не выбирала, но считала, что обладаю полным правом на то, чтобы отреагировать как угодно…

Оказалось, что не такая я мудрая и умная, как говорил мне Юра.

Всё, на что меня хватило, – позвонить дочерям и попросить их сказать мне, если папа приедет домой в сопровождении их бабушки с дедушкой. О Яне, разумеется, я умолчала. Это, во-первых, был не телефонный разговор.