Статус: все сложно

В уголке рта сжимал сигарету, щурясь от густого дыма вперемежку с паром, срывающимся с его губ.

– Заблудилась? – спросил коротко, едва она вышла из машины и замерла в нерешительности.

– Немного.

– Окей. Поехали?

Макс открыл пассажирскую дверцу, приглашая сесть в его машину. Вот так просто, без лишних разговоров и вопросов.

– Поехали.

Она поравнялась с ним, всматриваясь в его лицо. Словно и не было той ночи, когда он творил с ней такое, от чего до сих пор мурашки по телу табунами бегали. Но в то же время, у Алисы дыхание перехватило, когда они встретились взглядом.

– Залезай, холодно, – кивнул он, и она послушалась, мгновением позже оказываясь в тепле, окутанная запахом дорого парфюма и не менее дорогой кожи.

– Ты меня просто домой отвезёшь? – задала вопрос, когда он устроился рядом. Её глаза, помимо воли, то и дело останавливались на длинных сильных пальцах, сжимающих руль.

– Да. Прости, сегодня чертовски устал. Курить не хочешь?

– Не курю.

Макс просто кивнул, глядя на дорогу перед собой, оставляя Алису наедине с её мыслями.

Казалось, тот вечер, когда она впервые познакомилась с Марком Беккером, был слишком давно. Но сейчас, когда рядом за рулём сидел его брат-близнец, Алиса словно оказалась в прошлом. С той лишь разницей, что с Максом никогда бы не решилась на маленькое представление, которое показывала Марку.

– Завтра я за тобой днём заеду, если ты не против и у тебя нет никаких дел, – проговорил Беккер, быстро взглянув на неё и растягивая губы в мимолётной, но чертовски сексуальной улыбке.

– Ты даже адреса моего не знаешь.

– Ты мне его сейчас скажешь.

– Блин…

– Что?

– Нет, ничего.

Она отвернулась и стала смотреть в окно, улыбаясь помимо воли. Всё же была права – братья, при всей своей похожести, отличались друг от друга как мороженое с кислинкой отличается от сладкого горячего кофе.

– Скажешь адрес? Я же могу по городу кругами ездить, мне не в падлу.

– Ты же устал.

– Хорошо, что ты это понимаешь. Говори адрес. А завтра я буду более разговорчивым.

– Обещаешь?

Он повернулся к ней, плавно притормаживая на светофоре, и пока тот не загорелся зелёным, всматривался в её глаза, бог ведает, что желая в них прочесть.