Непристойное предложение

Как заражаются вирусом, с которым может справиться только иммунитет. Но в том и была проблема – иммунитет Олега не хотел ни с чем справляться.

А сегодня, когда Аверин сделал Ульяну своей, всё окончательно встало на свои места, только легче от этого ни черта не было. А вот страшнее – да. До чёртиков, до алой пелены перед глазами. Потому что уже отчаянно боялся потерять.

Олег сделал глубокий вдох и прикрыл глаза. Крепче прижал к себе Ульяну и попытался уснуть. Нужно было гнать от себя куда подальше эти идиотские мысли, потому что если чему-то и суждено было случиться, вряд ли он сможет это миновать.

Домой возвращаться не хотелось, хотя Олега ждали дела. Маленький отпуск в раю стал тем глотком кислорода, которого ему так не хватало. Они с Ульяной много гуляли по берегу, купались, наслаждались друг другом. Аверин не знал, сможет ли когда-нибудь повториться что-то подобное, потому ценил каждую минуту.

По возвращении в Питер, он отвёз Ульяну домой, сам же отправился прямиком в офис, где его уже дожидался Влад.

– Олежа! – не успев оказаться в переговорной, услышал Аверин знакомый голос, а мгновением позже инстинктивно прижимал к себе мать Ули, которая бросилась к нему, стоило только Олегу оказаться в поле её зрения.

– Что-то случилось? – мгновенно напрягся он, отстранив от себя Нику и заметив, что у неё глаза на мокром месте. Тут же захотелось набрать номер Ульяны и убедиться, что с ней всё в порядке.

– Мы можем поговорить?

Аверин кивнул Владу, который зашёл в переговорную следом за ним, давая знак, чтобы тот оставил их с Никой наедине, после чего указал на один из стульев, и когда Ника устроилась за столом, налил стакан воды и поставил перед ней.

– Я слушаю.

Ника сначала отпила глоток из стакана, после чего опустила взгляд и проговорила:

– Ульяна меня обманула. Обещала помочь, сказала, что теперь, когда она замужем за тобой, у неё появятся деньги…

– Она так сказала?

Олег отошёл к окну и повернулся спиной к Нике.

– Да… у меня есть долги, Уля обещала помочь деньгами. А сама отказалась теперь.

Перед мысленным взором тут же встали бывшая жена и сын, которым от него только и надо было, что поживиться. Хоть чем-то. Он называл это словом «урвать». Будто они были стаей голодных падальщиков, которые ещё при его жизни пытались оттяпать хоть что-то.