Измена. У меня появилась другая

Причём речь шла вовсе не о родственных связях, хотя, они, конечно, у них с Ирой имелись. Но даже если бы она не была её сестрой, Алёна бы всё равно относилась к ней, как к родной.

Семья – это не про то, кто и когда появился на свет в родственной связке друг с другом. Семья – это близкий круг, люди, проверенные временем и обстоятельствами. Те, на кого можно положиться. Те, за которых встанешь горой, зная, что они сделают для тебя то же самое.

Надо ли говорить, что когда по отношению к Ире Калугин совершил такое, что прощать было нельзя ни при каких обстоятельствах, Алёна поняла две простых вещи: больше Илья не входит в понятие семья.

Изначально план был прост. Алёна должна была написать тому самому партнёру Калугина, о котором ей рассказала сестра, и выяснить все обстоятельства, которые касались второй семьи Ильи. В идеале – позвать отца Кристины на праздник и тем самым прижать Калугина к стенке.

Во всём том, что внезапно свалилось на голову Ире, было множество белых пятен.

– Алёна?

К ней подошёл импозантный мужчина лет пятидесяти. Роман Вятский, отец Кристины, о котором она разузнала весьма просто. Калугин даже не озадачился тем, чтобы спрятать свою любовницу так, что её было бы сложно отыскать. На странице Ильи в соцсетях она обнаружила двух Кристин, одна из которых весьма подходила под описание Иры. Страничка её была малоинформативной, но главное Алёна выяснила – имя того самого партнёра, отца Кристины.

– Роман Андреевич? – уточнила Алёна в ответ в тон Вятскому.

В этом не было необходимости – она прекрасно понимала, что перед ней тот, кто нужен.

– Именно так, – улыбнулся он, устраиваясь напротив. – Давайте сразу к делу.

Алёна приподняла бровь и усмехнулась – такой подход ей определённо нравился.

– Давайте. Если кратко – вчера моя сестра узнала, что у её мужа, Ильи Калугина, на протяжении пяти лет есть вторая семья. С вашей дочерью Кристиной. И в этой семье появился ребёнок, которого они завели после ЭКО. Вы ведь что-то об этом явно знаете.

Алёна откинулась на спинку стула и отвлеклась на официанта, который принёс меню. Но нет-нет, да поглядывала краем глаза на Вятского, чтобы понять, какое впечатление на него произвели её слова.