Измена

Влад хмыкнул, правда, абсолютно без какой-либо весёлости. Пожалуй, Степан был тем человеком, которому он мог позволить чуть большее в свою сторону, чем остальным. И Стёпа знал это, но так же знал и грани, через которые не стоило переступать. А вот то, что он сказал сейчас, походило на вызов, не принять который для Влада было смерти подобно.

– Послушай, может, прозвучит глупо, но я готов с тобой биться об заклад, что эта фифа через полчаса после прихода будет лежать подо мной вот на этом диване. – Влад кивком головы указал на широкий диван в противоположном углу и отхлебнул коньяка, всем своим видом показывая, что он говорит абсолютно обыденные вещи, – А после того, как я трахну её пару раз, будет умолять взять её ещё.

– А давай замажемся? – протянул ладонь другу Стёпа.

– Давай, – кивнул Влад, нагибаясь вперёд и пожимая протянутую руку. – На что?

– Да ни на что. – Стёпа вытащил руку из пальцев Владислава и снова принялся за коньяк. – Мне хватит того, что ты сегодня продуешь.

Он ухмыльнулся и потёр подбородок ладонью.

– Слушай, я тут на рыбалку собрался на этот как его, на Барбадос что ли. Не хочешь?

Влад вскинул брови, затягиваясь ароматной сигариллой.

– На Барбадос на рыбалку? А с каких пор мы туда ездим на рыбалку, а не на е**алку?

В чилауте зазвучала медленная музыка, и Стёпа отставил коньяк на столик и повернулся ко входу.

– Давай после решим, кого и куда повезём, сейчас мне не терпится посмотреть, как ты проспоришь. – Он громко рассмеялся, а Влад вцепился взглядом в девушку, вошедшую в чилаут.

Солнечный лучик пробежал по лицу Станиславы, и она зажмурилась, пытаясь остаться в сладком сновидении и не дать себе проснуться. Где-то совсем рядом пел соловей, а сквозь неплотно пригнанные друг к другу доски прорывался тёплый летний ветерок, лаская кожу своим дыханием.

Стася плотнее закуталась в мягкий плед и прижалась щекой к горячей груди лежащего рядом мужчины.

– Мы опять уснули на сеновале, – пробормотала она сонным голосом, и руки Влада прижали её ещё крепче.

– Похоже, так всё и есть, – ответил он, приоткрывая один глаз и осматриваясь. – Точно, мы уснули на сеновале.

Он снова крепко зажмурился и Стася хихикнула.