Измена

Алмазы, рубины, изумруды. Всё, чего душа пожелает, – начал без лишних предисловий, вглядываясь в темноту перед собой.

– Какой-нибудь шейх, что ли? – усмехнулся Влад.

– Можно и так сказать, – серьёзно ответил Стёпа. – Так вот этот самый шейх, – он бросил быстрый взгляд на Влада, – решил, что он непременно хочет, чтобы у него было ещё и золото. Оно манило его своим внешним видом. Блестящее, кажущееся привлекательным. И продавец золота оказался настолько хитрым, что решил предложить шейху сделку. Все его драгоценности в обмен на этот кусок золота.

Он сделал паузу и всмотрелся в темноту, попивая коньяк.

– И что шейх? – приглушённо спросил Влад, делая вид, что ему безразлично.

Стёпа повернулся к другу, окинул его долгим взглядом, а потом направился в сторону своей каюты, по пути развернувшись и проговорив:

– А шейх расстался со своим истинным богатством, а когда получил слиток, понял, что это подделка. Потому что позолота имеет обыкновение стираться… Правда, она остаётся на пальцах.

***

Я целиком была твоей, а ты не понял,

И мимо проходил сто тысяч раз.

Дарил мне вместо роз букеты боли,

Которую я помню по сей час.

Ты уходил легко, без сожалений,

Оставив позади мои осколки.

Я твой аксессуар под настроенье,

Который ты порою клал на полку.

Захлопывал ты за собою двери,

И оставалась я в безумстве ночи,

И говорила я себе: «Не верю!»

Хотя читать умею между строчек.

Ты уходил не раз, не три, не десять,

Не видя, как тобою я болею,

Теперь я стала боли лёгкой песнью,

А раньше целиком была твоею…

Несколько лет назад

– Девушка, у вас сейчас пепельница сгорит, – раздался возле уха приятный мужской голос, и Злата вынырнула из блаженного состояния и заозиралась кругом.

– Господи! – вскрикнула она, глядя, как клочок бумаги в пепельнице начинает дымиться, распространяя вокруг себя прогорклый запах.

А вот незнакомец, который обратил внимание на этот микро-пожар, не растерялся, схватив её стакан с соком и выплеснув приличную порцию в пепельницу.

– Говорят, курить вредно, – усмехнулся он, делая знак официанту, чтобы тот подошёл. – Два… – он взял стакан Златы, самым наглым образом отхлебнув из него, и снова повернулся к официанту, – апельсиновых сока. И пепельницу замените, пожалуйста.

Злата фыркнула, глядя на то, как незнакомец садится рядом с ней, совершенно не спросив разрешения. Но, что странно, ей это даже нравилось.