Аффект Дьявола

– С чего ты взял, что мне нужно чьё-то благословение?

И это тоже говорит спиртное, не я. Давид улыбается краешком губ, снова напоминая мне о том, что кличка Дьявол дана ему неспроста.

– Это хорошо, что не нужно.

Дальше танцуем молча. Мои руки – на его плечах, и так хочется пробежаться пальцами по волосам на затылке Давида. Глупое желание, которое не приведёт ни к чему хорошему. Встречаюсь взглядом с Оксаной, и та подмигивает, окончательно возвращая мне ощущение, что я всё делаю правильно.

Странно, но сейчас в руках Дьявола я чувствую себя так, будто наконец достигла того, к чему шла долгие годы.

– Какие планы дальше?

– Не поняла.

– Ну, чем планируешь заняться по жизни?

Мы часто обсуждали с ним и Оксаной, что станем делать после того, как окончим ВУЗ, но это всё было мечтами – не более того. А сейчас, когда Давид задаёт мне этот вопрос, я не знаю, что на него ответить.

– Пока не думала. Работать буду, наверное. А ты?

– А я пару месяцев буду кайфовать.

Потом вряд ли удастся. Ты любишь кайфовать?

Снова вопрос сбивает с толку. Передо мной вроде бы тот же Давид Невский, что и всегда, но одновременно и не он. Под воздействием мартини и тесных объятий, которые оправдывает медленный танец, он кажется мне сверхсуществом из другого мира. Он не красавец в общепринятном значении этого слова, но обаятелен до чёртиков. Смотрю на него открыто, скольжу взглядом по чётко очерченным губам, будто мне шестнадцать и я впервые увидела воочию кумира, в которого влюблена последние лет пять.

И мучительно подбираю слова, чтобы ответить на вызов Невского. А он смотрит на меня со своей ухмылкой, от которой по телу пробегает дрожь, и это сбивает с толку окончательно.

– Эй, голубки, ну-ка хватит тут обжиматься, – беззлобно одёргивает нас Оксанка, и вклинивается между нами. И Давид подхватывает её, теперь прижимая к себе вместо меня.

Мне нужно на воздух. Нельзя ревновать к лучшей подруге того, кто принадлежит совсем не мне.

Нельзя!

Почему же чувствую ревность? Острую, скоротечно кольнувшую прямо в сердце. Но ревность.

– Слушайте, а давайте на дачу сбежим, м? – предлагает Давид, останавливаясь, хотя мелодия ещё звучит. Его рука – на плечах Оксаны, и это тоже отмечаю с нотками чувства, царапающего нутро.

– Да ну. Там же холодно, – морщит носик подруга.

– Мерзлячка. Я вот очень хочу на свежий воздух.