«Лекарство от смерти» доктора Кронина

 – Для того, чтобы сохранить жизнь одного человека, нужно просто собрать энергию с десяти любящих его людей. Просто, когда человек любит, когда беспокоится за своего близкого, у него в организме происходят определенные процессы, что ведет к выбросу энергии, которая может уйти в пространство, в воздух, – я же хочу подчинить ее себе и использовать для благой цели, заставить работать. Поэтому – а это самое главное – ни за какие деньги нельзя будет купить жизнь, а выживать будут самые лучшие – те, кого сильнее любят, за кого боятся, кого не хотят потерять.

– А почему именно с десяти? – тихонько и отчего-то с некоторой грустью переспросила мать. – И как это – забирать-то? А если ты заберешь, – в ее голосе зазвучали нотки обиды, – а те десять, которые отдали, возьмут, да и помрут из-за того толстого?!

– Почему – толстого? – смеясь, переспросил Кронин.

– Кажется мне так. – Отрезала мать. – Богатые, толстые, в телевизоре которые, – все их любят. А мы кому нужны, голодранцы? – старушка сокрушенно вздохнула.

– Ну, во-первых, – самодовольно посмеиваясь, заметил Кронин, – если все будет хорошо, я скоро сам буду толстым, богатым и в телевизоре, а во-вторых, никто от этого не умрет. Понимаешь, – вновь увлекаясь своей идеей, объяснял Сергей, – это как сдача крови донорами – я высчитал суммарное количество энергии, необходимое для восстановления жизнеспособности, и в то же время – тот максимум отдачи энергии, который был бы безвреден для каждого отдельного донора. Дело в том, что, если взять эту дозу с одного человека, пусть даже сильно любящего и готового на такую жертву, – это, я думаю, хотя мои предположения никто не проверял и никогда не проверит – какой ненормальный пойдет на такой риск, – принесет ему непоправимый вред, если не убьет, а умирающему все равно не поможет.

– Хорошо, что не пятьдесят…

– … чтобы поддержать в другом человеке искру жизни. Эти десять любящих энергий достигнут колбы, отфильтруются, произойдет реакция и…

– А если человека никто не любит? – не слушая сына и думая уже о чем-то своем, волнующем, говорила Анна Федоровна.

– Ну, кто-то же должен умирать. Это – как естественный отбор, только уже на научном уровне, на ступень выше. Там – в природе – выживает сильнейший, здесь – можно так сказать, – любимейший, а поэтому лучший.

– За счет других… Ничего себе лучший! И ты тоже хорош – такую машину придумал, чтобы кто-то мог жить вечно, а кого-то – в землю, в белых тапочках!..