Служебный роман по-драконьи

– Отсюда?

– Пока только отсюда, – отвечает она.

Мы с Присциллой разворачиваемся. Делаю пару шагов. Боль простреливает лодыжку, напоминая о себе.

Я касаюсь ее, и в этот же момент меня обдает жаром.

– Я могу осмотреть вашу ногу? – господин Грахем появляется рядом со мной.

Как он так быстро и незаметно подкрался?

Я хмуро смотрю на него.

– Я лекарь по образованию, – низким голосом поясняет он. – Даже несмотря на то, что вы остаетесь и вам не нужно отправляться в путь, я не могу отпустить вас с больной ногой.

– Тут? – я кошусь в сторону остальных драконов, но Дэлион такой огромный, что полностью закрывает их от меня.

– Можем пройти в мой кабинет, если вы не хотите при свидетелях.

Вообще-то, мой вопрос был о том, действительно ли нас оставили, но я решаю ничего не объяснять.

Присцилла не теряется, подхватывает меня под другую руку.

– Я помогу Лилит дойти, – мягко улыбается она.

Ох, только такой группы поддержки мне не хватало. Вот что-что, а мгновенно ориентироваться в обстановке – это Присцилла умеет, это ее основной талант.

Вот так, под обе рученьки, ведут меня на выход.

Рука Дэлиона будто открытое пламя, но оно не обжигает меня, просто греет. Я вновь ощущаю, как мир начинает кружиться. Вот уже вместо деревянного пола я стою на огненном поле, но сгореть не боюсь.

Слышится щелчок.

Сознание приходит в норму. Дэлион аккуратно опускает свою трость на пол. Хм-м, а не она ли щелкает так?

– Девушки, стойте, – к нам спешит Франческа.

Она сверкает глазами на Дэлиона, и тот отпускает меня. Я вновь вчитываюсь в текст контракта. Фразы про отдельный участок в лесу уже нет. А жаль: вдруг я люблю по ночам гулять!

Мы с Присциллой подписываем документы. Как и оговаривалось, теперь вместо двух лет там значится полгода. И сумма, естественно, меньше. Общая сумма. Но даже за шесть месяцев все равно получим весьма внушительное вознаграждение.

– Все, можете ехать на экскурсию.

– У госпожи Девире повреждена нога, – напоминает Дэлион.

– Ничего, я с удовольствием отправлюсь на экскурсию. Не стоит беспокоиться о моей ноге. Я уже столько раз их ломала. И руки тоже, – пытаюсь объяснить я.

Наверное, не стоило такое говорить при руководителях, но уже поздно.