Здравствуйте, я ваш папа!

Мне это совсем не нравится.

– Я к девочке, – стараюсь подделать голос ведьмы.

Еще и капюшон накинут так, что не видно моего лица.

– Повелитель не говорил, что вы придете, – отвечает один.

– Пропусти, – еле сдерживаюсь, чтобы не добавить «те».

– Повелитель не разрешал заходить к ребенку, – тянет резину мужчина.

Я нервно сглатываю. Ладно, так не получится. И лезть с криками, что я мать ребенка – тоже не вариант. Может, надо было подождать пересмену? Но откуда мне знать, когда она будет? Так можно прождать до утра.

– Пустите к ребенку. Меня повелитель прислал, – продолжаю гнуть свою линию в манере ведьм. – Сказал, чтобы я сидела с ребенком сегодня ночью.

– Да? – переспрашивает второй. – Он же нас сожрет, если это окажется неправдой.

– Если он вас сожрет, вам будет все равно, – отвечаю. – Слушай, пропусти меня. Ничего страшного не случится.

Мужчины переглядываются, очень сильно колеблясь. Все-таки этот приказ никто из них не слышал.

– Прошу вас, – смотрю на полог шатра.

Еще немного, и я увижу дочь, с которой меня разделяет всего лишь тонкая ткань.

– Ладно, иди, – стражник сам отодвигает полог.

Чуть ли не подпрыгиваю от радости, но беру себя в руки и направляюсь внутрь. Прохожу знакомые коридоры, останавливаюсь. Понимаю – я совершенно не знаю, куда идти.

Рядом открывается полог, а наружу выглядывает Злата.

– Мама? – недоуменно спрашивает ребенок.

– Злата, – шепчу я, ощущая, как в глазах собираются слезы.

Дочь выбегает ко мне и обнимает тонкими ручками.

– А где одежда? – спрашиваю, видя ее опять в том же платье. – Ты чего голая бегаешь по морозу?

Пусть даже в этом шатре тепло, как в отопительный сезон.

Я тут же снимаю плащ и закутываю ее в него.

– Мне не холодно, – бурчит дочка. – Мама, я так по тебе скучала. Я же больше не сижу у тебя в печенках?

– Нет, солнышко, если ты заболеешь, я тебе такое устрою, – прижимаю ее покрепче к себе.

Грожу, но не говорю вслух те кары, что придумала.

Детская комната находится внутри огромного шатра в одном из проходов. На полу здесь также лежит темно-коричневый ковер, небольшое меховое ложе, на котором раскиданы рукодельные куклы.

– Все в порядке, солнышко? – спрашиваю дочь, вытирая ее лицо, замызганное едва заметной грязью.

Дочка смешно вырывается.

– Ай, щекотно, мама, – отмахивается она.

Безмятежный ребенок не понимает, где мы и что с нами.