Алаказам, Питер!

Он снял шляпу, откуда-то из-за спины достал маленький зонтик и направился к форточке. Но Аля его опередила. Она в два прыжка добралась до окна, закрыла его на все защёлки и даже зачем-то задёрнула шторы. Её маленькая фигурка едва загораживала высоченные грязные от дождя стёкла, но чётко обозначала, что через этот проход никто не выйдет.

Ангел оценивающе посмотрел на взбунтовавшуюся собеседницу. Он замахал крыльями, как лопастями вертолёта и двинулся на преграду, держа перед собой зонтик. Аля, думая, что он блефует, не двинулась с места, но он, стремительно подлетев, больно кольнул её в плечо.

– Ой, вы чего, – запричитала Аля, – я же вас конфетами угощала.

Но Гена облетел всю комнату и пошёл на второй заход. Все его морщинки светились решительностью, шарф развевался, как и полы длинного пальто. Аля поняла, что нужно защищаться.

О том, чтобы причинить увечья ангелу не могло быть и речи, поэтому, когда он второй раз подлетел к ней, она увернулась от его колючего зонтика и стремглав бросилась к шкафу.

Гена преследовал её, словно взбесившийся вентилятор. Але ничего не оставалось, кроме как прикрыться створкой и зажмурить глаза. Такого разъярённый ангел никак не ожидал и со всего маху влетел в открытый шкаф, который Аля немедленно затворила и повернула ключ. Гена начал метаться внутри, словно бешеная пчела. Но выбраться он не мог. Какое-то время Аля с ужасом смотрела на шкаф, но, поняв, что ангел в ловушке, успокоилась. Через минут пять жужжание изнутри стало утихать, а потом вовсе прекратилось.

– Как вы там? – заботливо спросила Аля. – Если вы обещаете больше не колоться, я вас выпущу.

Ответа не последовало. Тогда Аля пожала плечами и, решив, что прежде чем выпускать Гену, лучше дождаться прихода Вальтера, принялась проверять сообщения в телефоне.

Их было немного. Кэт, скорее всего, спала, так как клиенты у неё были только вечером. Таня жаловалась, что еле держит голову над рабочим столом, и что постарается уйти пораньше, чтобы хоть немного поспать перед операцией на кладбище.

Было и сообщение с незнакомого номера, которое она уже собиралась удалить, но увидела, что первая строчка гласила «Привет, лицедейка! А ты, оказывается…» Такое начало заинтриговало Алю, и она открыла его полностью: «Привет, лицедейка! А ты, оказывается, отлично бегаешь на каблуках. Ты и в самом деле внесла элемент неожиданности в вечер. Это обсуждали потом даже больше, чем то, что именинник был убийцей.