Алаказам, Питер!

«Поклон или реверанс, реверанс или поклон?», – носилось у неё в голове, когда она склонилась, при этом сделав реверанс.

– Господин Прокопий, – лебезила Аля, – для меня такая честь с вами познакомиться, – она решилась поднять голову и посмотреть на кота. Его глаза продолжали таращиться на её фонарь, но их хозяин не показывался из кустов. – Я столь наслышана о ваших недюжинных способностях, так что я осмелилась беспокоить вас за великой надобностью.

Она невольно начала копировать старорусский боярский говор, подслушанный не то в фильме, не то в КВНе, коверкая при этом слова и предложения.

– Пришла я к вам с великой целию, дабы вы не агрились на меня. Не серчайте, я смиренная ваша раба.

Аля ещё раз поклонилась. «По-моему, последнее было лишнее», – одёрнула она себя и посмотрела на катафоты в кустах, ожидая их реакции.

Кошачьи глаза поморгали несколько раз, а затем скрылись в темноте. Аля лишь заметила, как звериный силуэт пронёсся мимо неё к тем самым склепам поодаль.

Она бросилась вдогонку.

– Куда же вы, господин Прокопий, – она старалась не переходить на крик, но это было сложно. – Только ваше могущество может помочь никчёмной блуднице.

«Что ты несёшь? Какая блудница? Гадский кот! Ещё и бегать за тобой, паршивец?», – с этими мыслями Аля запнулась об очередной камень и распласталась на дорожке, прижав собой большую кучу опавшей листвы.

Когда она подняла голову, то увидела улепётывающего кота, и почувствовала, как что-то огромное прыгнуло ей на спину, и придавило к земле, так что стало труднее дышать.

– Какая вежливая блудница решила порадовать своим присутствием старого мурлыку Прокопия, – сказал голос сверху, и кончик чёрного мехового хвоста пощекотал Але лицо.

Она пыталась отмахнуться от него, но кот поставил ей лапы на плечи так, чтобы она не могла пошевелить руками. Судя по весу, он был размером с алабая, а запах от него был, как от птицефермы, скрещённой с конюшней.

– Я пришшшшл…, – задыхаясь, выдавливала Аля.

– Прокопий знает, зачем ты пришла. От твоей фляги несёт кровью, а от стекляшек проклятьем, – он поднёс морду к её лицу, оскалился, обнажая огромные клыки.

Аля поёжилась и затаила дыхание. От его зубов смердело хуже, чем от него самого. – Только Прокопию не нужна сегодня кровь, – зловеще шептала пасть, обдавая Алино ухо горячим дыханием, – так что…

– Вы меня убьёте? – простонала Аля.