Грязелечебница «Чаша Аждаи»

Да и Дульский-«Роберт» хорош: с какой целью он расспрашивает пациентов о процедурах, словно всерьёз намерен здесь лечиться?! А ведь Тияна наняла его для поисков предполагаемого убийцы! И что же он делает? Едет в грязелечебницу вслед за ней! Наверняка и путевку купил на деньги, которые Тияна выплатила ему в качестве аванса.

– Я хочу, чтобы вы уговорили их отпустить Глеба. Вы ведь внучка хозяйки, они вас послушают. Ну, пожалуйста! – Умоляющие глаза «Скарлетт» наполнились слезами.

Тияна вздохнула, догадываясь, что у этой девицы нелады с психикой.

– И с кем я должна поговорить? – спросила она, всем своим видом выказывая готовность помочь.

– С главным врачом. Пусть он отменит заключительную процедуру, и мы с Глебом уедем.

– А если Глеб все равно не пожелает уезжать?

– Когда узнает, что процедуры не будет, то думаю, уедет.

– Ладно, я попробую.

«Скарлетт» просияла:

– Спасибо! Храни вас Бог! Я буду молиться за вас всю жизнь!

– Не стоит благодарности.

– Я уверена, что мы с ним созданы друг для друга! Главное – вырваться из этой западни. И вы тоже уезжайте отсюда! Вашу свободу они не посмеют ограничить. Скажите, что вам нужно по делам в Белград или еще куда, и уезжайте насовсем! Послушайте моего совета, я чувствую, что это место дурно пахнет и в буквальном, и в переносном смысле, а мое чутье меня никогда не подводило, поверьте! – «Скарлетт» внезапно остановилась.

«Скарлетт» отпустила локоть Тияны, который с силой сжимала все это время, и зашагала в сторону корпусов. Полы черной накидки взметнулись от быстрой ходьбы, открывая изящные загорелые лодыжки и край белого больничного балахона. Тияна потерла ноющий локоть, тяжело вздохнула и поспешила к катафалку.

Глава 6

Широкая, сверкающая на солнце дорога огибала грязелечебницу и, опоясывая гору, петляла над горным ущельем, дно которого тонуло в остатках утреннего тумана, льнувшего к узкой, но гордо блестевшей на солнце речушке. Глядя в окно катафалка, обрамленное траурными занавесками, Тияна почувствовала себя так, словно вырвалась из заточения, и мысль о том, что вскоре ей предстоит вернуться назад, ее угнетала.