Приручение огня

– Я согласен, – довольно кивнув ему, я поспешила к себе в комнату, – через полчаса я спущусь с запиской.

Хитрый старикан сразу два домика сдал и еще сверху разжился золотом, но самое главное было сделано. Я нашла дом, где смогу жить, и в виде мужчины и женщины, и не вызывать подозрений у бдительных соседей. Я буду пользоваться одним входом как мужчина, и другой дверью исключительно как девушка. Осталось только написать письмо Советнику и уповать на то, что Надане пойдет мне навстречу. Я останусь у него на службе, но в выходные или на ночь буду покидать его дом и жить в съемном, адрес которого он будет, конечно же, знать.

Когда я спустилась отдать записку, возле старика крутился шустрый мальчишка, и я отдала ему конверт и мелкую монету, а сама отправилась в лавку с готовыми платьями: купить одежду для девушки (для настоящей меня). Я не решилась зайти в то ателье с красным платьем, справедливо полагая, что лучше посетить его в женском обличье, примерить столь дорогое платье, и подогнать по фигуре.

В магазинчике я выбрала одно платье, серо-голубого цвета, с изящными, но не броскими кружевами; чулки, шляпку и обувь, но затем вспомнила о татуировке на руке и прикупила пару удлиненных перчаток. Продавщица ничего не спрашивала, но по ее виду было видно, что она сгорает от любопытства. Кому может покупать неженатый мужчина женскую одежду, точно зная размеры девушки?

К вечеру вернулся посыльный с ответным письмом, которое я не сразу решилась прочесть.

"Дорогой Сарит!

Я так волновался, не случилось ли с тобой ничего не поправимого! Люди принца схвачены, но кто-то, возможно, остался на свободе и грезит отомстить нам. Правитель лично хотел бы тебя отблагодарить: он очень ценит мою жизнь и считает (с чем я совершенно согласен!), что я жив только благодаря тебе.

Твое же желание – жить отдельно, я понимаю, сам был молодым!

P. S. Завтра с утра жду на тренировку".

Ну что ж, Надане понял по-своему мое решение жить самостоятельно. Прекрасно! Хорошо, что мне не нужно будет объясняться с ним, придумывая еще большую ложь. А вот с Правителем я совсем не хотела встречаться.