Молчание тундры

Ты не виноват, что наполовину демон. Но в твоих силах сделать так, чтобы человечность в тебе победила. И я могу помочь.

– Я выхожу на поверхность, призрак. Уйди и не мучай меня больше.

В её лице ничего не изменилось. Но вся она стала словно окутанной туманом.

– Что ты будешь делать, когда найдёшь его? Ведь твоя человечность сильнее твоего честолюбия, я знаю. Я верю в это.

– Не говори о человечности тому, в чьих жилах течёт кровь демона.

– Подумай о том, что сказала бы твоя мать.

– Хватит на сегодня о моей матери.

– Когда ты ступишь на поверхность, я не смогу тебе помочь. Я не буду спасать тебя против твоей воли. Скажи только слово, и я исчезну…

– Исчезни.

Валекто проснулся. Его лихорадило. От сырости ломило кости, а голова гудела как пустой котёл. И на душе было как-то скверно. Он убеждал себя, что не смог бы никого спасти, но легче от этого не становилось.

Он выругался. Вся его одежда была мокрой насквозь. Длинные волосы обмотались вокруг шеи, лезли в глаза.

Кожа липла и чесалась от грязи. И он давно уже ничего не ел.

Тифлинг не помнил, как уснул. Возможно, потерял сознание или упал в обморок, потому что не смог бы спать, не приняв дозы. Наверняка, сейчас было раннее утро – он это чувствовал, потому что именно по утрам пребывал в особенно дурном настроении.

Его глаза слезились, болела раненая нога. Голова раскалывалась.

Кровь демона позволяла Валекто видеть в темноте, но касна притупила эту способность, а во время ломки он её полностью терял.

Тифлинг пообещал себе слезть с наркотика, когда найдёт то, за чем шёл. Когда начнётся новая счастливая жизнь. Ведь у него всегда всё под контролем.

Валекто нащупал в темноте стену пещеры и провёл по ней рукой, сдирая сухие грибы. Потом собрал их в кучу и достал из кармана кремень с железным напильником. Он ударял ими друг о друга, высекая искры, но ничего не получалось, – руки и тело дрожали.

Обессиленный, он вновь упал на землю, и всё, на что хватило сил – это вытащить из-за пазухи кисет.

Хорошо, что накануне битвы тифлинг скрошил немного кристаллов, потому что сейчас он бы точно не смог сделать даже этого. Валекто насыпал на ладонь немного порошка и втянул в себя.

Прикрыв глаза, лейтенант привалился к стене, и, спустя некоторое время, успокоился. Боль в теле ушла, ощущалось только напряжение мышц. Тифлинг потянулся и захотел зевнуть. Потом сильная судорога скрутила ему живот, и он застонал.