Молчание тундры

Рука в латной рукавице покоилась на треугольном щите, другая держала меч, а голова в рогатом шлеме скрывалась где-то в полумраке.

У ног Нерала Талима еле слышно журчала вода в бассейне. Стенки из отполированного камня переливались голубым цветом, шедшим из глубины кристаллов. Лит взялась за бортик и заглянула внутрь, – на дне блестели монеты и камни.

Девочке показалось странным, что лицо статуи, скрытое тенью, отражается на поверхности воды так отчётливо. Лит даже почудилось, будто губы Нерала двигаются.

Она посмотрела наверх, но нет – статуя была неподвижна.

– Присядь, – указал на скамью жрец.

Лит села на самый край и окинула взглядом священнослужителя. Он был ещё молод, но волосы тронула плешь, всю голову покрывали пучки волос неопределённого цвета.

– Мы поклоняемся Нералу Талиму вот уже тысячу лет, и он всегда слышит наши просьбы, – заговорил он, и Лит заметила, что у мужчины во рту нет ни одного здорового зуба. – Молиться – значит благодарить или просить о чём-то. Просят здоровья, хорошего приплода оленей, тёплого лета.

Мужчины обычно всегда просят… – Он осёкся. – Ну, тебе это знать не обязательно. Дарун попросил меня рассказать тебе самое главное, вот я и рассказываю. Женщины просят, чтобы у них родились сыновья. Маленькие девочки просят, ну… я не знаю, о чём могут просить маленькие девочки.

Лит смотрела на Нерала Талима.

– А что это у него в руках? – спросила она.

– Меч и щит.

– А для чего они?

– Первым бьют, вторым – защищаются.

Воображение девочки живо нарисовало картину, что это она стоит в доспехах на месте героя, и держит оружие.

И ей понравилась эта иллюзия.

– А почему люди воюют?

Жрец зевнул.

– Мальчики вырастают и становятся мужчинами, – ответил он. – А мужчины иногда дерутся друг с другом. Но это раньше было, когда войны шли.

– А вдруг и у нас будет война?

– Не будет.

– А если Дор-Тайо на нас нападут?

– Чепуха!

– Но они же напали тогда…

Священника начал раздражать этот бестолковый разговор.

– Разве старшие не говорили тебе, что девчонки не должны много болтать? Слушай, что я говорю и не перебивай!

Лит уставилась на него и замолчала. «Противный!» – подумала она, и ей захотелось уйти.

– В храм надо входить только в определённой одежде. Когда захочешь помолиться, встань перед статуей Нерала Талима на колени, склони голову и попроси что-нибудь про себя. В благодарность нужно оставить пожертвование храму, – хлеб, мясо или шкуры.