Мой порочный Инквизитор

Тот протёр глаза, глядя на адского коня. Потом протёр их ещё раз и проморгался. Для верности.

– Надо же, до чего допился, проклятый! – посетовал он скрипучим голосом и сплюнул через левое плечо, – раньше только белочки мерещились, теперь уже и лошади пошли. Тьфу-Тьфу.

И неверной походкой повернулся спиной к нам, затем взял вправо и завернул за угол. Я пожала плечами.

Парнас я преодолела даже быстрее, чем обычно. Видимо, мои мысли и настроение передались Ворону, и он ускорился, перейдя на скорость гончей.

Уже представляю себе утренние сплетни горожанок: “Та, что якшается с мёртвыми, поговаривают, ночью сама превратилась в нежить и половину прилавков снесла! Одни убытки, один вред от неё! И как только Ковен её терпит? Давно изгнать из столицы надобно!”

И пусть монолог неизвестной горожанки был плодом моего воображения, который, как пить дать, завтра станет реальным, закатить глаза всё же захотелось. И я не отказала себе в этом удовольствии.

Столичные дома постепенно начали редеть, богатые особняки сменялись одноэтажными владениями, те в свою очередь уступали место деревянным хижинам, а после и вовсе превратились в густую поросль высокой травы и деревьев вдоль вытоптанной тропы.

Густой лес вызвал череду старых воспоминаний. Нашёптывал о моих слабостях и скрипел зловещими переговорами елей да осин. Признаться, первые задания я тряслась, словно тростинка на ветру, услышав непонятный шорох или волчий вой. Всё же девушка – одна и ночью. Но на практике в Академии эта дурь быстро вылетала из умов адептов, если, конечно, они действительно стремились стать магами.

Глава 5. Про одного очень злого Инквизитора

Рантар гер Артен

Она сбежала. Оставила меня одного с седой головой и пылающими рунами на мече, удовлетворённого, но при этом очень-очень злого.

Праведный гнев прежде всего обрушился именно на голову брюнетки. Потому что я не понимал: как это возможно стать объектом проклятия именно после изумительного секса с некроманткой.

Я сидел на трактирной койке не в силах поверить в произошедшее. Руны на двуручнике светятся, когда чувствуют магию Смерти. Иными словами, эманации, исходящие от неживых созданий, если те обладают зачатками магии. К таковым обычно относят ведьм, личей, тёмных рыцарей и подобных им восставших третьего уровня и выше.