Дарованная миром

Когда тарелка опустела, мне вроде и хотелось ещё, ведь где ещё так вкусно покормят? Но в то же время понимала, что в меня не влезет.

– Можно вопрос? – глотая горячий вкусный сбор, спросила.

– Смотря какой, – чуть улыбнулся мужчина. – Задавай.

– Чем отличается трактир и таверна?

И я опять его удивила.

– Ладно… Таверна – это придорожный постоялый двор, как правило, состоящий из харчевни на первом, и комнат для съёма на остальных этажах. Трактир же, это та же таверна, только уровнем ниже, нежели таверна, и там обычно два этажа, не больше.

– А у вас таверна, да? – тут же и этажа три, и всё очень прилично, не трактир всё-таки.

– Да, правильно, – он улыбнулся. – Теперь я задам вопрос, можно?

Кивнула, не отвечая вслух, ибо пила вкуснейший напиток.

– Ох, а вопросов-то много… – мужчина провел ладонью по волосам. – Ладно. Почему ты принесла деньги? Как ты выразилась, за еду.

– Мама учила, что у всего своя цена. Вы занизили нам цену. А этого делать нельзя.

– А если от чистого сердца захотел сделать доброе человеку, это разве плохо?

Я задумалась.

Мама о таком не говорила. Добро для человека? Оно ведь зачастую потом вредит тебе самому. Он занизил нам цену, он пошел едва ли не в убыток себе. И это хорошо?

– Я не понимаю, – посмотрела на мужчину.

Я знала, что моё лицо сейчас не выражает никаких эмоций, что даже выражение взгляда наверняка отдавало холодом, но в душе была растерянность. Мама научила меня многому, но не всему. Я знаю историю, арифметику и некоторые приёмы в магии.

Но я не знаю простых вещей… вещей, которые и составляют всю нашу жизнь.

– Эй, маленькая, ты чего? Ты будто смерть увидела, – мужчина провел рукой по моим влажным волосам.

– Нет, – пришлось улыбнуться мужчине. – Просто задумалась. Объясните мне, прошу. Вы делаете добро, но вредите себе. Чем же это хорошо? – усилием воли не подалась вперёд, так хотелось услышать ответ.

– Знаешь, маленькая, добро всегда возвращается. Рано, или поздно, но всегда. И вернётся оно тогда, когда ты этого не ждёшь.

Делая добро людям, и мне становится хорошо. От меня ведь многого не убудет, а людям хорошо. Ты вот делала добро, которое тебе не приносило счастье?

Сразу вспомнился Виртан, и невольно почесала ладонь.

– Делала. Теперь главное не пожалеть, – вздохнув, отпила отвар. Горячо.

Раздался смех мужчины, и я с удивлением подняла на него глаза. И что его тут развеселило?

– Знаешь, если бы мы с тобой разговаривали, не видя друг друга, дал бы тебе лет двадцать.