Дарованная миром

И что это такое? Это в порядке вещей или как? Он поднял моё лицо за подбородок вверх и серьёзно заговорил:

– Слушай меня. Еду ты больше так вот не делишь. Едим вместе. Тебе десять лет, по тебе видно, что у тебя не хватает в организме многих микроэлементов, которые есть в мясе. Тебе нужно его есть в больших количествах. Поняла?

Вот это точно странно… у меня не получалось проанализировать его действия. Какая ему разница-то? Через несколько дней мы разойдёмся в разных направлениях, и он обо мне забудет. Это вообще нормально? Или нет? Я не знаю, как себя вести…

– Ты через пару дней пойдёшь своей дорогой! Какая тебе разница, а? Даже если меня убьют через месяц, ты об этом не узнаешь, – я вырвала руку, и только сейчас почувствовала, что действительно злюсь.

Удивительное чувство, когда ты можешь сказать даже то, что вовсе не хотел.

– Тебе десять! Какой нормальный человек оставит тебя одну?! – тоже закричал парень. – Пока не устроим тебя нормально, я не уйду. Меня ж потом чувство совести, стыд и волнение сожрут с потрохами!

Он замолчал и тяжко дыша, смотрел на меня.

– Это метафора была, да? Интересно… – злость сошла на нет, и я стала обдумывать метафору. Раньше я про них только в теории слышала. Они очень интересно звучат…

– Поразительно, – парень ладонью провел по волосам и вернулся доедать кашу.

Как легко провести таких простых людей… Интересно, считается ли грехом, если я вот так поступаю? Или же моя жизнь в темнице окупает будущие грехи? А можно ли вообще оправдать грехи? Вопросы, на которые нет ответа, всегда завлекали меня больше других.

Ты жаждешь тот момент, когда раскроется тайна неизвестного, и тот восторг… это непередаваемо.

Я молча, из-под ресниц наблюдала за Виртаном. Долго в его обществе находиться нельзя. Рано или поздно придется уйти. И пусть лучше это случится раньше, до того, как привыкнешь. Он хороший, это видно, и он явно расплачивается не за свои грехи. Но разве может быть по пути десятилетней беглянке последней в роду и взрослому парню, явно из богатой семьи? Тут-то и оно.

Когда солнце стало прицельно светить в глаза, мы отправились дальше. Парень хотел было что-то спросить, и даже заговаривал вслух, но моментально замолкал. Я была не против. Говорить с кем-то, о чём-то, когда вы через два дня разъедетесь? Глупо и нерационально. Потому я и молчала.

Как бы удивительно это не было, но к городу мы пришли раньше запланированного. Начало смеркаться, ворота были закрыты, а мы были у южной стены.