Белый танец

Волшебство в нем было, не магия не колдовство, волшебное искусство и невообразимая живая сила. Солнце светило все сильнее и Дана почувствовала, что слезы уже не позволяют ей смотреть вверх и дракон откликнулся на ее зов.

Темный силуэт падал вниз камнем, сложив крылья, а девушка ждала. Слезы текли по щекам, сердце билось так, что еще секунду, и оно выскочит наружу. Дана подняла руку и протянула ладонь навстречу огромному монстру. В нескольких десятках метров Ярне развернул огромные крылья и, замедлив падение, выровнял полет.

Она попыталась устоять под этим ураганом, сжала кулаки, напряглась, с глухим звуком куртка упала с плеч на деревянный пол, и она поняла, что очутилась вновь в той же самой комнате, перед распахнутым окном, через которое тянулась утренняя прохлада. Здесь небо было еще совсем темным и среди белых низких облаков холодно сияли звезды.

К этому уже можно было привыкнуть, но ей казалось совершенно необыкновенным, что всего несколько ударов сердца отделяло ее от полета стража, от солнечных лучей танцующих над морем и необыкновенного единения с этим миром.

Знакомый звук заставил с недоверием поднять голову. Огромный силуэт мелькнул на мгновение, закрывая блеск ночных созвездий. Ее страж возвращался домой.

Дана вернулась в постель. Окно осталось открытым настежь и, свежий ветер с запахом сырой листвы старался наполнить помещение, напоминая, что осень обязательно наступит и в этом мире.

Глава 5. Послание и письмо

Утро встретило Дану хороводом событий. Едва она успела проснуться, как в комнату проскользнула Тина и с загадочным видом попросила девушку поторопиться одеться и привести себя в порядок.

Помогая победить многочисленные детали туалета, подруга не отвечала на вопросы по поводу спешки, но чувствовалось, как она напряжена и явно нервничает, роняя то один, то другой предмет.

Сразу же после завершения процесса, заглянув вместе с Даной в зеркало, блондинка почти потащила ее за собой, буквально пританцовывая на ходу от возбуждения.

Они направились не в сторону лестницы и не в сторону обеденного зала, хотя Дане показалось, что издалека доносится звон посуды.