Акварель живыми цветами

Она с удивлением обернулась. Что имеет в виду этот…

– Что завтра? Что вы имеете в виду?

– Герр директор просил передать, что машина будет ждать завтра утром в указанное вами время. Адрес известен водителю. В случае необходимости он вам перезвонит.

– Но я еще не разговаривала с моим другом. И вообще не уверена…

– Разве? Кстати, меня зовут Отто, и я уверен, что мы еще увидимся.

– Ну хорошо, Отто. В десять можно? Вы понимаете…

Молодой человек кивнул, развернулся и направился к выходу, оставив ее стоять в растерянности с бумагами в руках.

Она старалась понять, что же в этом было такое странное, холодок, который она прочитала в его глазах, сами глаза как будто знакомые. Она вдруг почувствовала, что в комнате словно действительно похолодало. Люди как будто старались держаться от нее дальше, чем прежде, и листы бумаги, которые они держала в руках, они словно побывали на морозе и совсем не хотели становиться теплее в ее руках, а наоборот, пытались передать эту запечатленную в себе стужу ее пальцам.

Художница огляделась в поиске места, куда можно было бы отложить странный документ и присесть, чтобы собраться с мыслями. Все-таки этот Отто, он будто бы был знаком, но в то же время она была уверена, что никогда не встречала его.

"Жаль, Андрэ не участвовал в нашем разговоре, он разбирается в людях лучше меня". Инга вздохнула, возможно, она поспешила дать согласие, но все-таки какой он, этот герр Бенедикт?

– Ого! – она не заметила, как подошел ее мужчина, как он забрал у нее бумаги и сейчас уже бегло посматривал контракт.

– Андрэ, я завтра уезжаю. По делам.

День второй. Знакомство

Карета неслась, как ветер, среди вспыхивающих по всему небосводу молний. Странная гроза с молниями красного, синего и зеленого цвета, разрезающими небеса поперек. Небо, которое еле виднелось среди вершин, чернеющих по бокам дороги деревьев.

Она никогда раньше не видела такой грозы. Или, может быть, просто никогда не путешествовала в грозу. Кучер гнал экипаж, словно мчался наперегонки со стихией. Она не могла понять, куда он так спешил. Удивительно было, что колеса почти не подскакивали на неровностях, дорога была необыкновенно ровной.