Доминум

Так говорили. Сложно не очерстветь, когда на плечах лежит столь тяжкий груз, но даже с этим Антарес справился. Он вел нас к миру, вел к покою и стабильности. Пока дэлары не пришли по его душу. – Ее взгляд потух. – Я мечтала стать хотя бы немного похожей на него.

– Знала бы ты Антареса, когда он только вступил в армию, – рассмеялся Альдебаран. – Из непостижимого в нем была только особая способность нарываться на неприятности. Но все же… На тебя время он в конце концов нашел, что уже стало для него подвигом.

Бетельгейзе глядела в сторону полиса.

– Он был рад встретиться со мной, – вымолвила она. – Я не ожидала такого участия с его стороны. Антарес помог мне, направил на верный путь, которому я следую до сих пор. Я буквально преклонялась перед ним, а он признал во мне родную кровь. И помогал до самого конца. Потом Антарес умер, и не было на моей памяти Верховного лучше, чем он.

Каждый раз, когда кто-то вспоминал о тех событиях, тяжесть охватывала Альдебарана.

– Мы росли вместе. Было чудовищно больно смириться с его смертью. Я прошел с Антаресом через многое, потому могу с уверенностью сказать, что его душа была одной из светлейших, что я встречал. И не было ему равных. Во всяком случае, до тебя. – Он решительно заглянул в печальные глаза Бетельгейзе. – Я знаю тебя давно. Я наблюдал, как ты совершала верные поступки, все во благо Света. Будь то первые наши тренировки, рекрутство или твоя работа в правительстве.

– Есть.

К изумлению Альдебарана, Бетельгейзе с горечью улыбнулась.

– Я нашла часть его души, Альдебаран. Часть Антареса.

Поначалу эквилибрум даже не понял, что она сказала, настолько абсурдным это казалось.

– Нашла?

– Да! Мы сможем его вернуть! После стольких Генезисов. Антарес снова будет жив.

Альдебаран отшатнулся, точно от ударной волны.

– Невозможно, – наконец произнес он.

– Но это так! Я сама видела его воспоминания. Ошибки быть не может.

Бетельгейзе приблизилась к Альдебарану, но он отступил.

– Я уже один раз отпустил друга в дальнейший путь, – глухо пророкотал он. – Мы столько искали его, надеялись, молились, верили. Все безрезультатно. Если это ошибка, то я…

– Я могу доверить это только тебе.

Альдебаран помедлил.

– Мне?

– Ты был одним из его ближайших товарищей.