Воспитанница института для благородных девиц

При этом, у некоторых они так задрались к верху, что стали хорошо видны белые хлопковые трусики, обшитые узкими оборочками.

– Лола, только посмотри, они бессовестно демонстрируют нам свои трусы! – возмутилась рыжая драконица с такими пухлыми руками, что мне были видны весьма приличные ямочки на её локтях.

– О, не только нам! Скоро их бельём будут любоваться все наши гости. Впрочем, почему любоваться? Что в этих пигалицах красивого? Правда же, что все они тощие и уродливые? Я честно, не понимаю, что мой старший братец в них находит? Почему он каждое лето выбирает себе новую содержанку из балетных?

– Эй, ты! Ну-ка, убери руки! – приказала Ангелине одна из подружек принцессы.

Моя напарница обеими ладонями прижимала к груди ещё не застёгнутый корсаж. Когда драконица, отдав свой приказ, грозно нависла над ней, Ангелина подняла на неё полные слёз огромные перепуганные глаза и послушно скользнула ладонями вниз, к талии. Корсаж оттопырился и чуть съехал вниз, приоткрывая небольшие полушария её груди.

– Девочки! Обратите внимание, разве это груди? Они же размером с лесные яблоки! Фу! Убожество! – некрасиво скривилась драконица и с притворным отвращением отвернулась от Ангелины.

Та сразу подтянула корсаж и поторопилась застегнуть крючки, ловко вывернув руки за спину. «Что раньше мешало быть такой шустрой?» – немного сердито подумала я, потому, что медлительность Ангелины, из-за того, что мы в дуэте, иногда доставляла мне неудобства, а то и проблемы.

– А ноги? – присоединилась к обсуждению ещё одна драконица.

– А их кожа? – подхватила эстафету обидных высказываний другая, – Эти балерины, бледные, как ночная моль!

Я, уже полностью одетая и обутая, приподняла подбородок, встала в третью позицию и красиво сложила руки. Приготовилась держать словесный удар, на случай, если меня заметят и тоже начнут оскорблять. Показалось, лучше принимать его так.

– Ну! И кто из Вас солистка? – требовательно спросила Лола.

Майя Рудольфовна, которая до прихода дракониц помогала девочкам с крючками на корсажах или с закреплением волос, сейчас неподвижно стояла, держа в руках диадему солистки, Натальи. Видимо, как раз собиралась крепить её, когда наши сборы так бесцеремонно прервали.

После вопроса принцессы, Майя мельком взглянула на помертвевшую Наталию, а потом, вдруг, сделала несколько быстрых шагов к моему спасительному дивану и водрузила диадему на мою голову.