Клише

Я не могла оторваться от Гладышева, цеплялась изо всех сил, целовала, как дикая, посасывая любимые губы, лаская горячий, напористый язык своим, скользила ладонями по крепким плечам, ластилась всем телом, дразнилась, постанывала и, наверное, дала бы себе волю – дотянулась бы до манящей, оттопыренной ширинки, если бы Олеженька не взял дело в свои руки.

–Малыш, – выдохнул он мне в губы. – Я ведь не железный.

Вот с этим я бы поспорила, таких кайфоломов ещё поискать, но вслух, конечно же, не стала этого говорить.

Критиковать любимого мужчину ни в коем случае нельзя, а в моём и подавно. Вот женится – тогда можно будет на орехи раздавать(шутка), пока же…

–А какой? – ласково улыбнувшись, протянула я хриплым от желания голосом, глядя в Гладышевские шальные от возбуждения глаза.

–Голодный, Янка, – признается он, и уткнувшись мне в шею носом, с чувством добавляет, вызывая табун мурашек. – Как волчара голодный до тебя.

–И что же мешает? – провокационно уточняю, нежно перебирая пепельные волосы.

–Да как-то не очень хочется, чтобы ты подо мной ластами щелканула, – выдаёт он, разряжая обстановку и сбивая весь настрой. Нет, он реально кайфолом.

–Если бы я и хотела «щелкануть ластами», то только под вами, Олег Александрович, – шучу, целуя его в макушку, как маленького мальчика. Гладышев смеется.

–Я, конечно, польщён, но давай, отложим это мероприятие лет так на пятьдесят…

–А ты смогЁшь?

–С самой красивой семидесятилетней девочкой на свете? – насмешливо уточнил он, я же, представив себе эту картину, рассмеялась, отчего спину тут же прострелила боль, вызывая стон.

–Что такое, малыш? – сразу же встрепенулся Олежка, обеспокоенно заглядывая мне в лицо.

–Представила девяностолетнего тебя на семидесятилетней мне, – отшутилась я, притягивая его обратно.

–А -а…, – ухмыльнулся он и легонечко коснувшись губами моей шеи, со смешком резюмировал.

–Да, прямо мечта Тириона Ланнистера, – хохотнула я и с чувством процитировала, когда Гладышев недоуменно приподнял бровь. – «-Как ты хочешь умереть, Тирион, сын Тайвина?

– В своей постели, лет в восемьдесят, напившись вина и с девкой на члене.»

Гладышев зашёлся хохотом.

–Чайка, где ты эти пёрлы откапываешь?

–Ты что не слышал про Игру престолов?

–Ну, что-то слышал, конечно. Не совсем же я отсталый.